Алан. Скажи, что ты моя…

Музей разбит на несколько секций, отражающих хронологию жизни художника. В случае с Ван Гогом- это еще и отдельные этапы творчества, которые были тесно переплетены с его восприятием действительности.

Ранний период встречает меня мрачными красками- оттенками охры, коричневого, болотно-зелеными тонами. Эту часть его творчества я знаю не очень хорошо, потому что всегда была очарована его более известными, поздними полотнами. Здесь же просто цепенею, понимая, что ощущения проживавшего сложные финансовые и психологические проблемы художника мне очень хорошо знакомы и сейчас буквально транслируются через его работы.

На картине «Едоки картошки» взгляд застывает… Я не могу оторваться от этой картины, теряюсь во времени, не помню, сколько я стою возле нее… Понимаю только в какой-то момент, что глаза щиплет от подступивших слез. Эта картина будит во мне слишком яркие, слишком сильные эмоции… Темная гамма отчетливо передает чувство беспросветной бедности и отчаянья. Изможденные тяжким трудом за день, герои этого полотна- семья крестьян- делят скудный ужин в своей лачуге. И мое сердце пронзает острая, разъедающая, как серная кислота, боль. Я смотрю в глаза одной из женщин, изображенных на картине, и понимаю, что именно так на мир все годы смотрела моя мать… От Веры Павловны я часто слышала, какой мама в молодости была красавицей. Не верила ей, потому что красоты при всей любви и привязанности, какие только может испытать дочь, я никогда не видела. А потом подросли мы с Айзой- и действительно было понятно, что яркая внешность у нас наследственная, что это генетика такая… Осознание того, что же так сильно меня смущало все эти годы, накрывает с головой. Не реальная внешность имела значение, а вот это вот изможденно- обреченное, пораженческое выражение лица. Вот что так уродовало этих людей на полотне. Вот что так уродовало мою мать… Гримаса бедности… Гримаса нужды…

Экскурсоводу пришлось еще несколько раз окликать меня, тактично намекая, что пора бы двигаться дальше, прежде, чем я молча кивнула и пошла за ней дальше на автомате.

Из оцепенения меня вырвала лишь картина «Подсолнухи» из позднего периода творчества Ван Гога. Символ солнца, творчества и благодарности… Вот и я сейчас отчетливо осознала, насколько судьба оказалась ко мне благосклонной, послав такого человека, как Алан…

К своему удивлению обнаружила, что провела в музее не менее трех часов. Он позвонил аккурат в тот момент, когда я оттуда выходила.