Развод. Без права на прощение

Она уже знала о беременности? Знала и молчала все это время? И как? Как все будет?

Первая малодушная, просто хреновая, мысль закричала о том, что я снова буду спать в гостевой, снова не увижу Кристину ближайшие три года, а потом на меня обрушилось осознание, что Крис хотела развода. То есть я не увижу ни памперсов, ни мобилей, ни первых зубов.

Крис просто не подпустит меня к ребёнку.

Черт.

У меня будет ребёнок!

У меня ещё будет один ребёнок! А если это девочка будет? А я не знаю как с девочками. Твою мать, я и с мальчиками не знаю как.

— А что мне надо было все же отправить тебя на рентген? — фыркнул Данил и убрал простыни на полку. Кристина обхватила себя руками и зажмурила слезящиеся глаза.

— Ты просто стукач! Я же просила тебя! — простонала Кристина.

— То есть вы оба давно знаете? — спросил я, все ещё ошарашенный новостью и вообще всем происходящим.

— Нет, Гер! Вчера сам узнал. Когда случайно столкнулся с Крис в холле! — снова выдал всю правду Данил, и Кристина просто повалилась на кушетку, прижала колени к животу и смежила веки.

— Когда? — хрипло спросила Кристина. — Когда я ему должна была сказать? Между тем как он трахал свою любовницу?

Даня закаменел.

— Кристин… — произнёс он тихо и посмотрел на меня, сверкнув глазами. Я сложил руки на груди. Что он ждал от меня? Раскаяния? Ну явно не при нем. Или что…

Ах да…

Этот чертов взгляд, типа, а я тебе говорил.

Я закатил глаза и присел возле кушетки.

— Крис, у нас будет малыш? — дрогнувшим голосом спросил я, понимая, что сейчас совсем не время, чтобы целовать ей руки и благодарить за ребенка. Но я должен был что-то сказать. Это же наш малыш. Это же наш ребёнок.

Кристина прикрыла глаза и сжала губы. Она показывала всем видом, что не намерена со мной это обсуждать, и я где-то ее понимал.

— Кристин, я не спал с ней… — признался я, и Даня уронил что-то. Я бросил короткий взгляд на друга.

Объяснения мои не понадобились. Кристина перевела на меня взгляд полный отчаяния и качнула головой. Я встал, и Кристина села на кушетке. Прижала к груди ноги и смотрела на нас с Данилом как загнанный зверёк.