Злодейский путь!..

- Вот это имя – это очень опасный злой дух, - Муан ткнул в список пальцем так, будто отчитывал отстающего ученика.

Шен нахмурился. Подобное поведение с главой пика Черного лотоса было недопустимо. Напустив на лицо побольше высокомерия, он холодно произнес:

- Я прекрасно осведомлен, кто здесь кто, старейшина Муан.

Муан отшатнулся так, будто его ударили хлыстом. В своей прямолинейности он никак не ожидал, что его заботливые намерения растолкую так превратно.

- Я не собирался умалять твои заслуги, но… - начал он, но Шен резко вскинул руку вверх, заставляя его остановиться.

Ничего больше не сказав, он быстро пересек зал и вышел прочь.

Растерянные старейшины удивленно поглядывали на все еще стоящего столбом Муана. Не каждый день старейшина пика Славы позволял проклятому Шену так себя обрывать. Похмыкивая, старейшины вернулись к прерванным разговорам.

После собрания Шен, как и обещал, нашел своих «любимых» учеников и проверил их успехи в боевых навыках. Это немножко походило на избиение младенцев… Вздохнув, Шен заверил заливающихся потом учеников, что у них все получится, если они будут стараться упорнее.

Те плакали и кивали.

Затем судьба столкнула его с главным героем. Мальчик караулил его у моста, ведущего на пик Черного лотоса. Так как Шену все равно необходимо было сообщить Алу, что тот участвует в Осеннем шествии духов, он в кои-то веки был искренне рад подобной встрече.

- Отлично, я как раз хотел тебя видеть!

Главный герой тут же радостно покраснел от этих слов.

«А ведь все-таки, какая милашка!» – мысленно покачал головой Шен, наконец-то рассматривая повзрослевшего Ала при солнечном свете.

Ему удалось даже изрядно вытянуться, теперь доходя макушкой до плеча учителя. Светлые пушистые волосы ярко отливали на солнце, почему-то ассоциируясь у Шена с шерстью верного большого пса. Захотелось потрепать по холке и дать косточку. Шен потряс головой, выбивая из нее эти глупые ассоциации.

Хотя, объективности ради, стоит признать, что последнее время главный герой действительно стал напоминать верного терпеливого песика.

Стоит приблизиться к которому, и тот начинает вилять хвостом и воодушевленно тявкать. Неужели сердце главного героя на самом деле больше не держит на него зла? Шену очень хотелось в это поверить, но он знал, что следует быть осмотрительней.

Так как молчание затянулось, Ал рискнул «тявкнуть»:

- Зачем учитель хотел видеть этого ученика?

- Ах да, - произнес Шен, вырываясь из собственных противоречивых мыслей.