Жизнь за жильё

Любят они про запросы спрашивать, — руководитель следственной бригады усмехнулся и продолжил: — Лерник, допроси подробней соседей по парадной и по лестничной площадке. Вдруг кто-то и чего вспомнит про этих недобросовестных продавцов. Может быть, потом придётся личность устанавливать и опознание проводить. Всё понял, товарищ старший лейтенант юстиции?

— Так точно, товарищ советник юстиции, — улыбнулся Паноян и встал со стула. — Загрузили вы меня, Алексей Павлович. Семь квартир, однако.

— Я же говорю — работа творческая, — Князев привстал и с улыбкой протянул руку младшему сотруднику.

Хозяин кабинета подошёл к магнитофону, перевернул кассету, включил и прилёг на свой любимый диван. Глядя в потолок, начал анализировать новое дело: «Что мы имеем в итоге: семь квартир в центре города проданы по рыночной стоимости, и все первые владельцы, приватизировавшие эти квартиры в своё время, пропали без следа. Заявления по всем пропащим были, дела не возбуждались, пока одна из родственников не дошла со своей жалобой до Генеральной прокуратуры.

Алексей Павлович дождался щелчка автоматического отключения магнитофона, вернулся к столу и набрал номер отдела уголовного розыска Адмиралтейского района. Майора Жилина на месте не оказалось, попросил коллег перезвонить в городскую прокуратуру.

— Господин советник юстиции, уже успели соскучиться по своим оперативным работягам?

— Товарищ майор, покой нам только снится. А скука — это есть отсутствие смысла.

— Сильно сказал, Алексей. Сам придумал?

— Где-то читал. Василий, меняем план. Завтра в Бокситогорск едешь один. Твоего стажёра светить не будем.

— Алексей, получается, что я в твоей бригаде самый молодой и шустрый? Обижаешь, начальник.