Жизнь за жильё

— Из «Крестов» бежать собрался?

— Мы всей хатой решили стены разобрать. Как граф Монте-Кристо в замке Иф, — серьёзно ответил Тимур, поднимаясь со скамейки.

— Тогда удачи вам, каторжане… И счастья в личной жизни.

Адвокат и подзащитный рассмеялись, пожали руки и расстались вполне довольные друг другом…

* * *Альпинисты, сапёры и сидельцы никогда не говорят «последний», а только произносят «крайний». Крайние дни до выхода из тюрьмы тянулись медленно. На каждой часовой прогулке Тимур гонял себя и своего ученика до полного измождения.

Арестант Кантемиров убивал время сном, оформлением жалоб и ходатайств за грев в хату и на досуге освежал детскую память книжкой про Незнайку. Читали с Молдаванином по очереди, и когда вор-домушник в очередной раз громко рассмеялся за чтением, смотрящий заинтересовался произведением Николая Носова.

— Молдаванин, ты вроде человек серьёзный и взрослый, а ржёшь над детской книгой на всю тюрьму.

— Сева, здесь про нас написано — про бродяг и мусоров.

— Не понял.

С самой верхней шконки свесил голову Студент и объяснил главному зеку:

— Там на Луне Незнайку с корешами мусора приняли. Полицейские с электрическими дубинками. Потом арест, и через суд всех хотели отправить на Дурацкий остров. Зона такая с особым режимом.

— Почему режим особый? — серьёзно заинтересовался смотрящий.

— Там всех нарушителей закона в овец превращают.

— Ни хрена себе! — возмутился Сева и приказал: — Так, Молдаванин, займись чаем, а ты, Студент, прыгай с «пальмы» и обоснуй нам нормально про бродягу Незнайку и его корешей.

Тимур улыбнулся в потолок. Рассказывать былины сидельцам в хате всегда интересней и полезней, чем валяться на шконке. И время проходит быстрей, и мозги немного очищаются от тревожных мыслей. И жить в тюрьме становится немного веселей…

Вскоре по камере поплыл густой аромат свежезаваренного чая вперемешку с запахом шоколада, аккуратно поделенного на маленькие дольки.

Былинник начал с объяснения сокамерникам про коротышек, и как они очутились в лунном городе, где миром правят деньги и власть богатых. Затем остановился подробней на моменте ареста Незнайки и заключении его с друзьями в каталажку со странной системой определения заключенных по росту, размеру головы, носа и цвету глаз.

Сидельцы слушали молча и вдумчиво.