Жизнь за жильё

Тимур привстал, оттянул пристёгнутую руку и пододвинул стул ближе к столу. Сейчас боксёр вполне мог хорошо достать прямой правой челюсть следователя. А зачем? Внизу охрана. Ключи от наручников опер с собой забрал. И потом договорились же… А договоры надо соблюдать. Кем бы ты ни был… Даже хулиганом в галстуке. Тимур посмотрел на работника прокуратуры.

— Зариф Шакирович, может быть, начнём со звонка адвокату? Вызовете Соломонова на завтра ко мне в изолятор. В книжке два телефона — домашний и рабочий.

Старший следователь кивнул, раскрыл блокнот и придвинул телефон к себе. После набора первого номера пошли длинные гудки, по второму номеру ответила секретарь адвокатской консультации. Адвоката Соломонова на месте не оказалось, секретарь записала должность и номер телефона следователя и твёрдо пообещала сообщить информацию при появлении защитника. Советник юстиции аккуратно сложил найденный лист бумаги с явкой, закрыл верхнюю часть и предъявил задержанному.

— Читай.

Тимур наклонил голову к исписанному листу и пробежал глазами по первым строкам. Удивил чёткий, ровный почерк и полное отсутствие ошибок. Даже запятые были на месте. Задержанный откинулся и улыбнулся.

— Уже прочитал? — удивился следователь.

— Никак нет, гражданин начальник. Только начал. Просто задумался. Читаю дальше.

А думать было над чем. Во-первых, явку с повинной дал любой другой, но только не Мара. И это гут… Ваня Маркин появился в пятом классе Тимура, как второгодник.

Мара уже через год свернул на кривую дорожку и получил свой первый условный срок по малолетке. Второй срок оказался уже по-взрослому — три года общего режима за спекуляцию. Боксёр Ваня мотался с друзьями-спортсменами в город-герой Ленинград, где скупал на Галёре джинсы и перепродавал в Челябинске.