Измена. Я от тебя ухожу

А ещё меня Лия даже побила раз… Я сказала бабушке, а она ответила, что можно и потерпеть. А я больше не могу терпеть… Прости меня, мам… и у Малинки буду прощение вымаливать… Она добрая… и умная. Она простит.

Я не сдержалась - из груди вырвался судорожный всхлип. Сидела, прижимая к себе голову дочери, гладила её по волосам и ревела в три ручья, как и сама Надя. Наконец, она подняла взгляд на меня и спросила:

- Мам… я могу остаться? Ты не прогонишь?

На что я покачала головой и решительно сказала:

- Это твой дом, Надя.

Она поднялась на ноги и мы крепко обнялись. Стояли, продолжая плакать, и не было в этом мире силы, способной нас разлучить.

- А теперь давай уже умоемся, накроем стол до конца и позовём остальных, - сказала я, чуть отстранив от себя Надю.

Та кивнула и, протянув руку и отерев слёзы с моих щёк, заверила:

- Я больше никогда тебя не огорчу, мамуль.

Это стало самым лучшим новогодним подарком за всю мою жизнь.

Немногим позже, когда мы, просидевшие пару часов за столом, разошлись отдыхать, я устроилась на кухне. До меня доносились голоса дочерей - они что-то наперебой обсуждали, предварительно помирившись. Малинка настояла, чтобы Надя пока переехала к ней, и с воодушевлением восприняла тот факт, что сестра пришла от этой идеи в восторг.

Сейчас на душе моей было спокойно, несмотря на то, что новости о Малинине были, мягко говоря, шокирующими. Мне было жаль, что всё в его жизни вышло именно так.

Но меня сейчас это всё не касалось - как отрезало. Нет, я и раньше понимала, что никогда не стану жить с человеком, который не только предал меня, но ещё и потоптался по моим чувствам грязными сапогами.

"Мне было жаль по-человечески Мишу, ведь он оставался для моих детей важным человеком. Но Малинин должен был осознавать очень важную вещь.

Он выбрал свой путь сам.

Глава 44

- Михаил Евгеньевич, неонатолог просил обсудить с вами возможность того, чтобы Лия Ивановна навестила малышку.