Жена на продажу, таверна на сдачу (СИ)

— Ну, здравствуй, Адель, — произнес он, разглядывая меня с интересом. — Надо же, как похорошела. Ни дать, ни взять, хозяйка таверны!

Сердце мое так и ухнуло вниз, в самые пятки!

Я отняла у него свою руку почти со злостью, отряхнула ее брезгливо.

— Что тебе нужно? — холодно осведомилась я.

Нет, я его не боялась.

Прав у него на меня никаких не было.

Если он вздумает напасть и попытается отнять вырученные деньги, я налью водочки жене Бъёрна и позову ее на помощь.

Но он как будто не собирался нападать и улыбался мне как старой знакомой.

Глава 7. Лунный эльф

— Всего несколько дней прошло, — произнес муж, внимательно меня рассматривая. — А ты так изменилась. Стала красивее, увереннее. Нарядная вон какая. Как будто не служанка, а прямо хозяйка дома!

Мое платье, прибранные косы.

— Раньше за тобой такого не было замечено, — продолжил он. — Отца с матерью прогнала, а бывало, и слова им боялась сказать наперекор.

— Ты за родителей пришел с меня спросить? — резко произнесла я. — Напрасно.

Муж с прищуром смотрел на меня.

Будто видел в первый раз.

— Нет, не за них я пришел спросить, — ответил он. — У них свои головы на плечах. Сами должны думать.

— Так зачем ты тут?

— Интересно стало, — он мерзко улыбнулся. В его улыбке мне почудился какой-то нехороший, сальный намек. — Что ты сделала, чтоб раскрутить старого скрягу на денежки? Все знают, что с папаши Якобса легче шкуру спустить, чем добраться до его монет.

Он подался вперед. Придвинулся ближе, заглядывая мне в глаза.

— Что ты сделала? — отчетливо произнес он. — Как ты это сделала? Признайся, ты ведьма? С меня особо взять было нечего, вот ты и не цеплялась? Так, поголосила для вида, а сама вприпрыжку помчалась к Якобсу, чтоб поискать у него в сундучке?

Я вспыхнула до корней волос. В памяти всплыл тот день, когда этот скунс меня продал.

— Ах ты, скотина, — прошептала я, качая головой. — Немного цеплялась? Да что ты знаешь о том, каково мне было?! Ты меня продал, продал, как скотину! Как вещь! Даже если б Якобс меня убил, а голову сварил в холодце, ты бы сказал, что ничего страшного!

Муж ухмыльнулся.

— Да ты просто актерка, — произнес он.