Жена на продажу, таверна на сдачу (СИ)

Но он был помечен черной печатью, клеймом, которое ставят на всякой магической вещи.

Это вес знали.

К вещам с такой печатью и прикоснуться-то не всякий отважится.

— Она опоила его, — прошептал Карл. — Это же черная магия! Зелье забытья. Вот почему он пошел с ней, Адель. Он прост позабыл о тебе.

Ну, ясно. А мешок она тут подвесила, чтоб поиздеваться надо мной.

Она знала, что я его найду. И знала, что пойму, что для Феланора я теперь значу меньше, чем цветок на ветке дерева.

Незнакомая, чужая женщина.

— И… и до каких пор он может все забыть? — еле смогла произнести я.

Карл пожал плечами.

— Кто же знает. Может, он потерял все воспоминания вплоть до тех дней, когда они были с ней вместе?..

Слезы так и брызнули из моих глаз.

— Карл… но почему сейчас?!

В самом деле. Она ведь и раньше могла подмешать этот яд ему в питье.

Карл снова пожал плечами.

Он приблизился осторожно, уселся рядом со мной на лавку.

— Но ведь достать такой яд не так уж просто, — осторожно ответил он. — Я думаю… если она спелась с моим папашей, это именно он раздобыл его.

Карл не осмелился, не произнес этих страшных слов.

Я закончила мысль вместо него.

— И сам яд меняет человека так, что это уже не тот, кем он был раньше, — тихо выдохнула я, стирая бегущие слезы. — Феланор уже не будет прежним. Это будет кто-то другой… Высокомерный эльфийский принц, помнящий только о том, что он любит эту рыжую змею…

— Но его же можно спасти! Расколдовать! — горячо вступился Карл.

Я усмехнулась:

— Как? Ты знаешь? Вот и я не знаю.

— Надо как-то заставить его вспомнить тебя! — упорствовал Карл. — Пока он не забыл все окончательно!

— Я не знаю, как это сделать, — тихо произнесла я. — Что ж… Наверное, на роду мне написано, что всякие рыжие карьеристки будут обходить меня.

— Неужто сдашься?! Уступишь?!

— Что же делать… — я вздохнула. — Мы же хотели поделить таверны. Ты останешься тут, а я… я навсегда уйду в город людей. И забудем об этом.

Глава 16.

— Но Адель! Так нельзя!

Карл забежал в таверну вслед за мной, взъерошенный, как сердитый котенок.

Такой же забавный.

И его гнев был таким же трогательным. Но не страшным.

— Адель! Она сделала такое!.. — выдохнул он яростно. — Она опоила правителя темной магией! А что, если он станет жестоким? А что, если он от этого яда захочет истребить людей? Мы просто обязаны что-то сделать! Молчать и сдаваться нельзя!

— Мы? — утирая слезы, пробормотала я.