Не верь мне

Никита отпускает мой локоть и оборачивается на друзей, которые отчего-то не спешат к нам, делая счастливые селфи на свои пафосные телефоны.

-Почему ты не допускаешь, что у меня всё серьёзно было?

-Допускаю. Просто я вряд ли смогла дать тебе то, что надо.

-И что мне надо?

Пожимаю плечами.

-Восхищения и лёгкости видимо. Никит, я для тебя слишком замороченная с вечными проблемами и несостыковками.

-Вдруг я с тобой семью хотел? – упрямится он, видимо желая доказать что-то нам обоим. – Детей там, дом, хозяйство общее…

Замечание про хозяйство выходит слишком утрированным, чтобы быть правдой.

Чем Никита, наконец-то, выдаётся степень своей обиды, но про детей он всё равно сказал зря.

- А мне нельзя ещё детей. Я уже имеющимся слишком много всего задолжала, - до неприличного категорично отрезаю я, отчего Киреев немного теряется, догадываясь, что перегнул палку.

-Оль, я ведь серьёзно…

Хочется возразить что-нибудь ещё, но я заставляю себя молчать, в конце концов, это я сама запустила ситуацию, позволяя всему зайти слишком далеко.

-Прости, - повторяю я.

Никита с готовностью продолжил бы наш разговор о насущном, но его окликает белокурая барышня, недовольно выпячивая нижнюю губу, видимо лимит селфи и сторис на ближайший час был исчерпан.

-Кальянщика позову, - завершаю я наш разбор полётов, ставя одну большую точку в этой истории, и быстро сбегаю по лестнице вниз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌Настроение было на нуле. Ночная мгла под яркий свет софитов и оглушительную музыку протягивала ко мне свои щупальца, задевая неведомые струны души и бередя старые раны.

Разговор с Никитой облегчения не принёс. Совесть мою это не очистило, да и взаимные претензии у нас всё равно остались. На полноценную обиду, конечно, не тянуло, но и на индульгенцию тоже. В голову лезло всё подряд, заметно мешая работать, что в итоге привело к тому, что я упустила контроль над ситуацией, поначалу еле уловимо и по мелочам, но мы-то знаем, что с этого обычно всё и начинается.

Мою апатию разогнала Лера, резко треснув подносом о столешницу и громко заявив на всю кухню:

-Я туда больше не пойду!

Замедленно я глянула на её раскрасневшееся лицо, слабо соображая, что вообще происходит. Лера сегодня обслуживала випов, бегая весь вечер с одной Палубы на другую. И первым моим предположением была мысль о том, что Киреев после нашего с ним разговора решил что-то учинить, что в целом было мало на него похоже.