Восход. Солнцев. Книга VII (СИ)

И разговор будет неприятный… Их проверили! Использовали… Но это бы не случилось без протекции некоторых аристократов. Теперь нужно выяснить, связаны ли они с Бализаровым и почему поддержали его. Какие мотивы за ними стоят.

Секретной службе разведки предстоит много дел. Но главное другое, Солнцев… Он не предатель! Авдеева была уверена в его невиновности, но требовались доказательства. Остается вопросом, что случилось в номере, когда Борис всех вытолкнул и забаррикадировался? Когда его вытолкнуло оттуда, присутствующие ощутили сильную магию.

Солнцев, проломил несколько стен. Бализаров мертв. Александра писала отчет о случившимся, указывая все детали. Айваз и охрана в отеле уже закончили и принесли майору, свои бумаги. Осталось совсем немного до решения по делу. Хоть девушка была уверена в исходе, волнение почему-то не давало ей усидеть на месте.

Майор часто отвлекалась, чтобы проверить, как себя чувствует Борис. Через час, молодой человек так и не пришел в себя.

— Учитель? — Сказала в трубку Майорова, но ответом послужил тяжелый вздох.

— Как только ему станет лучше, сразу сопровождай Солнцева до центральной зоны. С ним хотят поговорить.

— А штаб? — Поинтересовалась девушка, окинув глазами свой кабинет.

— Уже выслал человека, не переживай. Сейчас нужно разобраться с тварями, что делают из магов измененных кукол. Понять их цели и предугадать следующий шаг.

— Вы хотите, чтобы Борис взялся за?.. — Шепотом спросила Александра.

— Сейчас это не важно! Не говори ему ничего, кроме того, что он едет в центральную зону к своему роду и жене, людям. — Надавил Трутень на Майорову.

После связь разорвалась. Девушка подошла еще раз проверить Солнцева. Ботаники предложили его разместить в лаборатории, но майор выбрала свой кабинет, Александре хотелось, чтобы он был рядом.

* * *Все это время находился в каком-то пространстве, похожим на область магии. Также светло, спокойно, только без музыки. Маленькую передышку портило одно «но»… Я пялился на карлика, что стоял рядом с грустной мордой.

На вид лет тридцать, но в шортиках и детской рубашке, вьющаяся копна волос, нос картошкой.