Восход. Солнцев. Книга VII (СИ)

Как зайти и вывести профессора, чтобы не положить тут кучу людей?

Уверен, меня никто слушать не будет, когда я скажу, что Прохоров «хороший» измененный… Особенно, если это будет исходить от Солнцева, предателя Родины. Я немного выдохнул, когда понял, что Давид у военных. Если бы это были Марковы или, что хуже, Бализар…

— Ладушки! — потер я руки. — Пора начинать.

Разглядел нашивки солдат, находившихся тут. Они в точности, как у Айваза. Значит, это секретная служба его величества. Глянул на патрули, которые были рядом.

Задачка немного усложнилась. Развернулся и пошел обратно. Мне повезло, на одном из охраняемых участков сейчас была смена караула. Выбрал цель и последовал за ней.

Военный — старший сержант — направлялся в бар. Другие меньше меня ростом, и форма может не подойти. Шли мы минут тридцать. Мужик останавливался около питейных заведений и изучал цены, поэтому так пропустили уже штук пять.

В какой-то момент возникла идея просто дать ему денег, лишь бы он уже выбрал.

Интересный выбор. Женщина весьма внушительных размеров, с очень большой грудью, за которую он ее схватил. Опрокинув пару граненых, военный отправился за зовом плоти.

Судя по окнам, тут всего семь комнат. Прикинув, где он будет, пошел туда. Райончик хоть и рядом с центром, но запущенный.

Ждать долго не пришлось, старший сержант управился меньше чем за две минуты. В небольшой щелке я разглядел, что он аккуратно повесил свою форму на стул. Молодец какой, а то я переживал по этому поводу.

Сдвинул щеколду, которая закрывала окно. Резко толкнул ставни и запрыгнул. Двое лежали на кровати.

— Забудьте! — произнес я.

Подошел и встал рядом с ними. Попробуем.

— Усните! — приказал голосом бога.

Остекленевшие глаза сомкнулись. Мне потребовалось тридцать секунд, чтобы облачиться в форму ИСР. Выскочил из окна и все вернул на место. По моей задумке, даже если они проснутся, то старший сержант решит, что его ограбили.

Кошелек я тоже забрал. Не хочу, чтобы как-то вышли на меня.

— Так себе накопления… — сказал, когда обнаружил всего триста рублей.

Я под подушкой у него оставил тысячу за доставленные неудобства.