Ужин с пантерой

Зрительный зал замер в ожидании, тысячи зрителей не сводили с Лолы восхищенных взглядов…

И тут, в самый решающий момент, она с ужасом осознала, что не только не помнит своей роли, но даже не знает, какой спектакль идет на этой сцене, больше того – вообще не знает ни итальянского, ни французского языка!

На глазах у нее выступили слезы, Лола бросилась прочь со сцены, где-то у нее за спиной послышались возмущенные возгласы разочарованных зрителей и крик помощника режиссера: «Занавес! Занавес!» – и тут она проснулась.

В комнате царили глубокая тьма и мертвая тишина.

Впрочем, так ей показалось только в первый момент.

В действительности ночную тишину нарушало сонное сопение Пу И, уютно устроившегося у Лолы под боком, и еще какие-то неясные звуки. Да и темнота была не такой уж глубокой – в окно сочился разбавленный лунный свет, и в этом свете по занавеске двигались смутные тени. Казалось, что по балкону кто-то крадется.

Лола вспомнила, что накануне уже выясняла происхождение этих подозрительных теней – их отбрасывали на окно ветви растущей поблизости сосны.

«Ветки сосны, – еще раз напомнила она себе. – Самые обычные ветки, ничего страшного!»

Но как ни пыталась она себя успокоить, тень за окном вызывала у нее все большее беспокойство. Слишком уж она напоминала силуэт затаившегося человека. Кроме того, ее беспокоили доносившиеся с балкона странные звуки – видимо, именно эти звуки ее и разбудили.

Лола поняла, что не заснет, пока не убедится в безосновательности своих страхов. Она спустила ноги с кровати, нашарила тапочки и крадучись двинулась к окну.

За ее спиной сонно заскулил Пу И – он сквозь сон почувствовал, что хозяйка покинула кровать, но сам не смог проснуться.

Лола приблизилась к окну, выглянула в просвет между занавесками…

И тут же шарахнулась назад.

На балконе действительно находился человек.

Сначала она испугалась, что он увидит ее, но в следующую секунду поняла, что разглядеть ее с улицы в темной комнате невозможно. Тем более что она была полускрыта занавесками.