Виконт

— Бронебойные стрелы из их луков, горло перерезано тонким клинком, но голова не отделена от тела. Орк бы просто смахнул голову напрочь, и края раны были бы другие, их тесаки из дерьмового железа. Если бы не запах, который учуял Спутник, я бы мог еще на человека подумать.

— Эльфы, — поморщился отец. — Какого хрена им здесь надо?

— А вот это вы у них спросите, — сказал Патитис.

— Довольно далеко от границы, — хмыкнул отец.

— Не так уж и далеко, лиг двадцать. И кроме пустошей там только владения клана ван Бригена.

Ну тут уже у отца появилась такая гримаса, как будто он закусил лимоном стопарь местной косорыловки.

— Скорее всего, шли через их земли, не через портал. Там бы их просто положили бы всех, не дав выйти, — продолжил маг.

— Опять эти чертовы Бригены, — с чувством сказал отец.

Я порылся в памяти. Ага, северная граница Лундии, на которой лежат земли герцога Бригена. Сам я с ним никогда не встречался, тут соседи друг к другу на пироги не ходят. Но по рассказам всех вокруг тот чуть ли не исчадие ада.

Рогов только не хватает. Скотина редкостная. Но и богатая. Друган короля. Если бы наш статус не был таким же, герцог подмял бы под себя и наше графство, но вот король этого не хотел, мы ему важны как один из форпостов. Если занять нашу крепость, то у герцога просто не хватит сил ее оборонять. А конфликт между двумя лендлордами мог спровоцировать давно облизывающихся на наши территории эльфов на вторжение и последующий захват с отходом их к Эльфарии.

— Ну это еще не доказано, — сказал Патитис.

— Обвинения такого рода должны быть подкреплены, а то король может и взъяриться.

— А вот и докажем! — взгляд отца остановился на Друге. — Ты как, хорош как ищейка?"

"Друг презрительно отвернулся. Еще чего. И вообще помогать кому-либо, кроме подопечного-хозяина…

— Друг, поможешь? — я опустился на одно колено и погладил его по голове.

Неудовольствие, обида. Песель глянул на меня с тоской в глазах. Ну если уж хозяин просит…

— И больше не называй его блохастым, — сказал я отцу.

— Он обижается.

— А где он живет и чью жратву жрет, он не забыл? — хмыкнул тот. — Ладно, не буду. Прости, Спутник.

Презрение. В самом деле, отец нашел, чем попрекать — куском и лежанкой.

— Ну что, пойдем? — я погладил Друга еще раз, а он грустно лизнул меня в руку. — Не обижайся, он такой не со зла.

— А мне теперь что делать? — Патитис выпрямился, отойдя от стола. — С вами?

— Нет, — сказал отец. — С трупом выясни, будет его дружина хоронить или нет.