В очереди за счастьем (СИ)

Да и Лазарев, видимо, рассказал ему о своих приключениях. Очень хотелось бы, чтобы не всё.

— Как он тебя не прибил? — следующий вопрос просто в тему, — Ты же его перед всеми мордой в дерьмо?!

Абрамов смотрит с изумлением на меня. Не ожидал, что я окажусь на такое способна. Я сама от себя не ожидала. Но ни о чем не жалею.

— Куда заслужил, туда и засунула! — рявкаю в ответ. Перед Яшкой мне нет нужды притворяться, — Узнал, что там с Робертом?

Абрамов качает головой, но отвечает.

— Узнал. Операцию почти закончили.

Это позволяет хоть немного себя отпустить.

Начинаю соображать, что делать дальше. Собственно, в процессе я могу справиться и сама. Мне нужна копия заключения.

Смотрю на часы.

— Заседание в суде надо перенести на завтра. Сходить в суд — не проблема. Мне нужна копия одного документа. Но получить его можно в Москве… Ты на машине?

— Тормози. Разогналась.

Хочется сплюнуть и выматериться. Марк поднимается с пластикового стула и ехидно смотрит на меня.

— С ним — не поеду. Лучше такси закажу, — я не собираюсь нянчить его раненое самомнение. Еще в меньшей степени я собираюсь ублажать Лазарева в постели. Это не имеет перспективы. У него ко мне сейчас уже куча претензий. В чем-то обоснованных. Его нужно долго и нежно гладить по шерстке.

А у меня на встречи с красивым, самовлюбленным мужиком нет времени.

— Ага, щас. И найдут твое тело в лесополосе. Или вообще не найдут, — Яша от моей вредности не теряется абсолютно. Хорошо меня знает, — А с детьми что?

— Саркисян своих ребят выделил. Они присмотрят, — мужчина — крупная фигура в ФСБ области. У них с Макаром давний конфликт, поэтому вчера после шокирующей новости я не постеснялась позвонить и попросить помощи.

— Он ничего не делает просто так, — замечает Абрамов.

— Никто и ничего не делает просто так, Яша, — парирую.

— Хотя, пока ты смотаешься туда- обратно, не перетрудятся. Я сейчас охрану Савицкого попугаю. И поедем.

Собираюсь спорить. Ехать в одном автомобиле с Лазаревым не хочу.

— Не выноси мне мозг, Нат, — обрывает Яков мои так и не вылетевшие изо рта возражения.

А сам уходит, опять оставляя меня вдвоем с Марком, который едва заметно улыбается краешками губ.