В очереди за счастьем (СИ)

— Почему не разбудила? — все же срывается с губ, — А если бы он тебя прибил, тоже бы молчала?

Она поднимает на меня глаза. И мне становится стыдно. За отца. За то, что он смог так с ней поступить. А еще я вижу отражение собственной растерянности и беспомощности. Нас всех выбросили из самолета и забыли надеть на нас парашюты. И теперь бесполезно сетовать, зачем так поступил тот, кому мы доверили собственные жизни. Он просто это сделал. Смог.

А сумеем ли мы не разбиться, зависит теперь только уже от нас самих.

— Мам… — шагаю к ней и обнимаю.

Знаю, что она не приемлет жалости к себе. Но что мне еще сделать?!!!

А она обхватывает меня руками и плачет, словно маленькая девочка. И я не могу ее за это винить.

В этом мире нет никаких гарантий. А дающий слово очень легко забирает его назад. И думает, что ничего уже не должен.

Глава 11

Наташа

Я все это время держалась. А сейчас перед Егором боль рвется наружу. Может, если поплачу, станет легче?

— И что теперь? — прерывает мои всхлипывания вопрос сына.

Отстраняюсь, иду в ванную, умываюсь. Взгляд цепляется за свежий засос. Надеюсь, Егор его не видел. Что вообще на меня ночью нашло?! С первым встречным… Не спросив имени… Неужели я на это способна?! Еще один взгляд на отпечаток чужих губ…

Я ни о чем жалеть не буду. Я больше не принадлежу Макару. Просто не хочу быть его. Ни в каких смыслах.

Возвращаюсь к сыну. Естественно, я не буду мечтать, что сейчас объявится мой ночной любовник, встанет на одно колено и поклянется мне в любви и верности.

— Я подам на развод, — повторяю сыну снова как мантру, — Домой не вернусь. Если мужчина начинает проявлять агрессию в такой форме, это добром не кончится.

Делаю паузу и продолжаю.

— Я говорила с твоим отцом по телефону. Он не против, чтобы ты и Соня сами решили, с кем вы останетесь. Сегодня постараюсь снять квартиру. И заберу Арсения.

Сын смотрит исподлобья.

— Может быть, если всё, как ты говоришь, это ты вернешься домой, а он уйдет? К своей другой женщине?

Этот вариант был бы идеален.

— Он уже уходил. Вернулся, когда ему вздумалось. Он так и будет курсировать из одной койки в другую. Стоя босиком на улице ночью, я поняла простую вещь — мне нужна своя территория. К которой твой отец не будет иметь никакого отношения. Я не выиграю на его поле. А вас во все это втягивать не хочу. Это грязные игры зажравшихся взрослых людей.