Трёхлунная ночь

– Вот так, теперь не убежите! – Солнышко сложила крылья и уселась перед стеной. – Итак, где сокровища?

Две пары глаз испуганно вытаращились в ответ. Она подняла ветку, дохнула огнём и воткнула в землю, чтобы лучше видеть пленников.

Воришка из сна показала на неё лапкой и что-то громко проверещала, повернувшись к своему спутнику. Интересно, какая кличка ей подошла бы – Крикуша? Пожалуй. А другой – Кудряш. Солнышко невольно усмехнулась. Кудряш и Крикуша, милая парочка… из-за которой вся Пиррия вот уже сколько лет не вылезает из войны.

– Где приснилл? – спросила она, прищурившись и сложив лапы, будто что-то держит. – Тот, что был во сне. Где, а?

Воришки громко застрекотали на своём наречии, сердито жестикулируя. Солнышко подождала немного, потом нетерпеливо протянула к ним раскрытую лапу.

– Всё, хватит! Вы оба очень миленькие, но мне некогда вас слушать.

"Крикуша нерешительно взглянула на своего спутника, затем с мрачным видом порылась в складках ткани, обёрнутой вокруг тела, достала сапфир и вложила в драконьи когти.

– Ого! – Кто мог ожидать такого быстрого успеха? Солнышко поднесла драгоценный камень к глазам, чтобы разглядеть получше. Один в один тот, с картинки в свитке! – Спасибо, – кивнула она, – а где остальное?

Воришка молча моргала с озадаченным видом.

Положив приснилл на землю, Солнышко очертила в золе широкий круг и изобразила, как кладёт рядом другие камни.

– Где? – повторила она. – Где остальное, что вы украли? – Подняла приснилл и показала на него.

Кудряш вновь сердито заверещал, но Крикуша только отмахнулась. Ткнула лапкой куда-то в сторону леса и произнесла что-то явно требовательно, хотя в беседе зверьков с драконами такое трудно даже предположить.

Солнышко недовольно нахмурилась. На самом деле она только сейчас сообразила, что такие мелкие воришки, ниже ростом любимицы Искра, едва ли могли быть участниками ограбления двадцатилетней давности: они тогда ещё не родились.

Но откуда же тогда у них приснилл? Он точно настоящий!

Кудряш всё продолжал наседать на подружку: похоже, с уговорами. Успокаивая, та положила лапу ему на плечо, но он сердито отвернулся. Показал на воображаемую кучу, потом на себя и на Солнышко и жестами изобразил, как поднимает что-то и отдаёт ей.