Трёхлунная ночь

На пути попадались в основном песчаные, хотя пару раз мелькнули ярко-красные небесные и даже бледно-голубая чешуя ледяного дракона – и как он только выдерживает здешнюю жару? У многих виднелись боевые шрамы, а в тени между лотками и палатками жались тощие несчастные калеки без лап, с рваными крыльями и следами от когтей на морде. Гнездо скорпионов и само выглядело небезопасным, но драконы наверняка скрывались здесь, не желая воевать или уже достаточно от войны натерпевшись.

– Осмелюсь доложить, я в увольнительной, ваша грозность! – выхромал вперёд песчаный с обезображенной шрамом мордой, небрежно отдавая честь.

Длинный рубец проходил у него через глаз и вдоль носа, от которого осталась только часть. Запнувшись, дракон покосился на золотистую незнакомку, показавшись ей смутно знакомым. Странно: такую жуткую рану она бы точно запомнила.

– Аддакс, прекрати свои дурацкие доклады! – с досадой рыкнул провожатый. – У Вольных когтей такое не принято… и нечего меня грозностью величать!

– Слушаюсь! Так точно, э-э… – Дракон со шрамом явно проглотил очередную «грозность».

Невольно сжавшись от пристального изучающего взгляда, Солнышко опасливо придвинулась поближе к своему спутнику. Тот заботливо заслонил её своим огромным крылом.

– Посетительница к Тёрн, – сухо объяснил он и добавил с усмешкой: – Вольно, кругом.

Аддакс кивнул и зашаркал назад в толпу.

– Бывшие солдаты не сразу отвыкают от армейских привычек, – покачал головой провожатый, – но этот безобидный, не бойся.

Солнышко обернулась. Дракон со шрамом стоял в тени шатра, где продавались яды, не сводя с неё взгляда пронзительных чёрных глаз. Она снова юркнула за широкое крыло шестипалого, но ещё долго ощущала мурашки от сверлящего спину неприятного взгляда.

Обходя потрёпанные навесы и спотыкаясь на неровных булыжниках, они петляли по неряшливо вымощенным улочкам. В воздухе появился запах спелых фруктов, а вдали между домами из светлого песчаника, оранжевыми шатрами и тёмно-красными кирпичными стенами виднелись пятна сочной зелени.

Навстречу вдруг выскочил дракончик, совсем кроха. Невероятно грязная бледно-жёлтая чешуя, торчащие рёбра, умоляющий взгляд чёрных глаз.

– Подайте на пропитание! – пискнул он, протягивая лапу.

Солнышко беспомощно вздохнула.

– У меня ничего нет, извини.

Попрошайка дёрнулся было назад, но шестипалый проворно наступил ему на хвост, пригвоздив к месту.

– Не обижай его! – воскликнула Солнышко, но её никто не слушал.