Таня Гроттер и трон Древнира

Она хотела схватить Баб-Ягуна за руку, но вместо нее вцепилась в трубу пылесоса и едва не завопила от ужаса, не сообразив в темноте, что это такое.

Завуч уже взялся за чехол, чтобы сорвать его одним движением, но именно в этот момент Сарданапал небрежно сказал:

– Поклеп, даже если в этом шкафу кто-то и есть, в чем я сомневаюсь, искать его все равно бесполезно.

– Почему? – напрягся завуч.

– Посмотри на табличку. Это магический шкаф Екатерины II. В него можно спрятать сто человек, да так, что их не обнаружит и целая дивизия сыщиков.

Поняв, что академик прав, Поклеп неохотно опустил чехол и отошел от шкафа.

– Пускай! Скорее всего негодяй успел сбежать! – буркнул он. – Ну и что будем делать дальше? Как поступим с учениками?

Не отвечая, Сарданапал прошелся по чердаку и остановился у двери. Его лицо стало суровым и одновременно печальным.

– Выход один, и он очевиден.

– Нет.

– Жаль. Остатки магии надо беречь, или они иссякнут через несколько дней. Но беречь магию, когда здесь столько учеников, каждый из которых произносит в день по сотне заклинаний, невозможно. Все ученики должны вернуться в лопухоидный мир и оставаться там, пока трон Древнира не будет обнаружен. До этого времени находиться тут небезопасно и даже накладно.

– А экзамены?

– Экзамены мы перенесем на осень.

– И это правильно! – воодушевился Поклеп. – Разве не то же самое я всегда предлагал? К лопухоидам этих маленьких бездельников! Всю школу к лопухоидам! Они понаделают там дел, и осенью мне будет кого зомбировать!

Сарданапал улыбнулся.

– Но-но, Поклеп, ты, как всегда, не дослушал… К лопухоидам отправятся не только ученики. Части преподавателей тоже придется оставить Тибидохс.

Ошеломленный завуч споткнулся на ровном месте.

– Меня? К лопухоидам? – переспросил он.

– Разумеется, – непреклонно произнес Сарданапал. – Причем без магического кольца и без права использовать заклинания.

– ЧТО? ПОЧЕМУ?

– Кто-то же должен подавать пример экономии магической энергии? И кто это может быть, как не второе после меня лицо? Пойми меня правильно, Поклеп. Дети – самое ценное, что у нас есть.