Тайное чудо для магната. Вернуть любовь

Через несколько дней я планирую устроить презентацию в отеле. Большой прием. Соберутся сливки столичного общества. Самые известные журналисты. Покажем им, как мы можем поднять на самый высокий уровень этот отель?

Фил улыбается знакомой мне азартной усмешкой. Именно с ней он принимал всегда самые сложные вызовы в бизнесе. И его глаза уже горят знакомым мне азартом.

Как раньше…"

"И я улыбаюсь в ответ.

— Покажем!

Киваю, поднимая большой палец вверх.

— Тогда готовьтесь, Ольга Николаевна. Работы предстоит нам с вами очень много.

Глава 26

Работы предстоит и правда много. Я даже и наполовину не представляла себе, сколько!

Фил к презентации отеля подошел в привычным ему размахом.

Приходится нам каждому работать в семь, а то и даже в десять рук.

Но и ему надо отдать должное. Фил и спрашивает строго, но и работает за десятерых!

— Ну зачем вы? Сами?

Петрович, наш сантехник, в шоке округляет глаза, когда Фил просто сбрасывает свой дорогущий пиджак и отправляется вместе с ним прочищать центральную трубу.

— Некому больше. А ты сам не справишься, — как ни в чем не бывало, пожимает плечами Фил. — Или тут все думают, что новый хозяин у вас криворукий? Только в кабинете над бумагами сидеть умеет? Разочарую. Я считаю, если хочешь чем-то управлять. Надо весь путь с самого низа пройти. Пока сам этого хлеба не поешь и не научишься, руководить рано!

Петрович даже присвистывает, что у него означает крайнюю степень восхищения.

И все же качает головой. Подозрительно прищуривается. Явно все ждет то ли какого-то подвоха, то ли катастрофы, которая обязательно будет после того, как золотые пальцы миллиардера полезут на его территорию.

Но у Фила и правда руки золотые. В самом хорошем смысле этого слова.

Поэтому, закончив, Петрович снова присвистывает.

А после восторженно жмет руку новому руководству.

— Удивили, Станиславович. Вот так удивил. А? Сколько лет живу, а впервые вижу, чтобы само начальство…

— С меня премия, Петрович.

— Сделаем, Филипп Станиславович, — глаза Петровича, который в жизни не соглашался остаться сверх положенного времени, восторженно горят. — Для вас все сделаем в лучшем виде!

Все мечутся. А сам Фил успевает повсюду. И, надо признать, успевает очаровать каждого!

Хотя, чему я удивляюсь? Это же Фил!

Он самый лучший.