Тайное чудо для магната. Вернуть любовь

— Да отпустите вы меня!

— Э, нет.

Вместо того, чтоб отпустить, он резко дергает меня на себя.

Так, что его лицо оказывается совсем рядом. Фу. Я даже слышу его неприятное дыхание.

— Рябинина. Ты очнись. Олигарх наиграется и уедет. А тебе еще жить в этом городе, между прочим! Ты кем себя возомнила, а? думаешь, он тебя с твоей нагулянной дочкой к себе в столицу увезет? На черта ты ему там нужна! У него таких знаешь, сколько? Так что ты со мной поласковей. И повежливей. Органы опеки никуда не денутся.

— Убирайтесь!

— Не наглей, Рябинина. Я тебе последний шанс даю.

Он пытается меня облапать. Мерзко скользит своими пухлыми пальцами по талии и выше.

— Я завтра буду в отеле. И ты обслужишь меня! Как этого олигарха! А когда он уедет… Так и быть. Даже квартиру тебе куплю!

— Эй.

Голос Фила бьет ледяным ударом прямо в спину.

Боже, ну почему все так? И именно сейчас!

А дальше…

Дальше Бурыкин просто отлетает.

С грохотом валится на землю.

* * *Фил.

Охренеть.

Это уже за гранью!

Стоит мне на пару минут отойти, как Ольга уже зажимается с тем жирным боровом!

Красная пелена застилает глаза. Какого черта он ее лапает, а она… Не стесняется даже ребенка!

Это что? Моя дочь постоянно такие картины видела!

Я готов убивать.

Навсегда лишить Ольгу возможности видеться с дочерью!

Но…

Ледяное спокойствие, — напоминаю себе.

Просто бесшумно подхожу поближе. Слушаю, что этот мерзавец ей говорит, и…

Рука сама впечатывается в его мерзкую жирную рожу.

— Ты охренел?

Визжит Бурыкин, когда я подхожу.

— Ты что себе позволяешь.

Хватаю его за куртку, слегка приподнимая к себе.

— Это ты, я смотрю. Совсем охренел. Вкрай! Ты совсем бессмертный? Угрожать моей женщине!

— Кто твоя женщина? Эта шалава? Да она с каждым…

Хрясь.

Кулак смачно врезается в его челюсть.

— Чтоб я тебя больше не видел в этом городе, скотина.

— Это был мой отель и мои деньги!

— Это уже мой отель. И ты проворовался.

— Ты думаешь, тебе так это обойдется? Да я… Я тебя в порошок сотру! Решил, что раз олигарх, то все можно? На таких, как ты, тоже есть управа!

— Смотри, сам не сотрись, — пинаю эту мерзость ногой.

— Оля, ты как?

Черт. Она дрожит вся.