Эскортница

Я приберусь и лягу спать.

— Спасибо за ужин и игру.

— Тебе спасибо. Ты же купил продукты и шампанское. Я с удовольствием приготовила и поела.

Мы смотрим друг на друга еще секунд пять. Что долго, очень долго в сложившейся ситуации. Артём кивает и уходит. Из квартиры. На несколько часов. Давая мне время насладиться тишиной. И вдоволь нарыдаться от ревности.

Глава 58

Артём

Листаю фотографии в телефоне. Можно было бы целый альбом сделать при желании. Яркие карточки, выразительные надписи. Но альбом мы будем делать из других картинок.

Набираю:

«Хорошо. Живые хоть?»

«Да».

«Пусть медики не слишком стараются».

«Они здесь не стараются».

Огонь, вода — так у нас принято называть жизненные потрясения. Медные трубы — испытание славой. Я бы отдельным пунктом выделил испытание властью, когда к определенному возрасту уже имеется некоторая материальная свобода и необходимое количество связей, дабы вершить собственное правосудие. Любой адекватный юрист скажет: самосуд — это плохо.

Но черта давно пройдена, остановиться немыслимо. Какой конченой мразью надо быть, чтобы издеваться над этой невинной девочкой? Сознательно мучить, видеть слезы и причинять боль?

Отлично помню, как обнимал Алину вчера после танца. Поглаживал. Там надавить страшно, а издеваться специально... Сука. Как она кричала — никогда не забуду.

Внутри все разрушено.

Нет ни одной идеи, зачем этим людям выходить на свободу после отбывания наказания. Синдром Бога достигает максимума, и я принимаю решение. Не могу остановиться. Когда вижу страх в ее глазах, во мне все переворачивается. Живьем скот резать хочется. Я бил их так, как никого никогда, руки немели, а сейчас понимаю — недостаточно.

Интеллекта хватает осознавать, что месть ничего не исправит, мразей вокруг полно. Сам не углядел — отпустил, когда надо было держать дуру крепко.

Прошлым вечером вышел на улицу и вновь набрал знакомого — утром прислали фотографии из СИЗО о выполненной работе.

Таких, как я, не стоит подпускать к власти. Слишком поздно. Я многое терял из-за обстоятельств, часто находился в состоянии, когда всё плохо, но ничего физически сделать невозможно. Аварию не предотвратить, близких не вернуть. Любые деньги отдаешь, а беременности срываются.