Эскортница

Мой отец врач, очень уважаемый человек. К нему, наверное, все ходят, денег он ни с кого не берет. Поэтому и к его детям такое отношение.

— Как называется ваша религиозная секта?

Игнорирую.

— Вообще, здорово быть ребенком в такой общине. Взрослому тяжелее: нужно много отдавать. — Молчу немного и добавляю: — Все, что у него есть: деньги, время, силы. — Продолжаю мысленно: «И рожать детей». — Денег вечно ни на что не хватает.

— И ты стала проституткой.

— Это временно.

— Почему, кстати, не спонсорство?

— Мне хочется независимости.

— Это ты мне пытаешься польстить или правда в это веришь?

— Так и есть! — возражаю эмоционально. — Тогда как, будучи содержанкой, нужно слушаться одного мужчину, быть у него на побегушках двадцать четыре на семь. Он дает дом, деньги, подарки, но при этом так же легко все это заберет в один миг. Ни за что бы на такое не согласилась.

Некоторое время мы говорим обо мне, об общине и о моем отце.

— Папа и правда помогал людям искренне и от души, — продолжаю делиться. — Я его обожала.

— Почему в прошедшем времени? Он умер, ты поэтому пошла на панель?

— Нет, — смеюсь. — Слава богу, жив-здоров. Иногда девочки становятся плохими при живых отцах. Забудь, не хочу тебя грузить. Ты в отпуске.

— Расскажи. Подробно.

— Хорошо. Когда мне было двенадцать, я застукала его на измене, но никому не сказала.

— Твоя мать не знала, что он гуляет?

— Невозможно этого не знать! — психую я. — Когда у мужчины есть другие партнерши, особенно постоянные, это видно! Если жена ничего не делает, значит, ее все устраивает! Ее обеспечивают, ей уделяют время. Я дура была, не понимала этого год назад! — Осознаю, что буквально кричу и резко закрываю рот. Бью себя по губам и добавляю спокойнее: — Прости.