Способность любить

Остались кроватка и пеленальный столик, что стоят в упаковке. Почти нажимаю на вызов мастеров для сборки, но тут мне приходит другая идея. А что если собрать самому? И Полину попросить помочь? Это ее отвлечет. И она, не напрягаясь, проведет время со мной.

Стучусь в дверь.

– Войдите, – раздается звонкий девичий голос.

Но не Полины, а Саши. И эта отрава здесь.

Захожу в комнату. Полина лежит поверх покрывала, привычно уткнувшись носом в стену. Сашка сидит в кресле, подвернув под себя одну ногу. На коленях у нее книга.

– Завтра Олесю и ребенка выписывают, – как– то мне пока трудно произнести "" сестра"", – Полин, поможешь кроватку собрать?

Сашка смотрит на меня откровенно насмешливо. Теперь меня тянет ей показать язык. Однако, для меня это как– то чересчур.

– Выписывают?! – повторяет Полина и оборачивается.

А потом, когда до нее доходит вся фраза, она цепляется за мое предложение, как за спасательный круг.

– Да, конечно, помогу.

Поднимается с кровати, поправляет одежду.

Сашка откладывает книгу и встает.

– Я тоже пойду. Помогать, – вперяет в меня чистый, как небо, взгляд и чуть задирает подбородок.

Я бы предпочел, чтобы она занялась чем– нибудь другим, но от нее, как от репья, – не отцепишься.

– Разумеется, Саш, пошли с нами, – зовет ее сестра.

Лучше бы так не делала.

Но в голубых глазах уже вспыхивает победное ликование. И подбородок задирается чуть выше. Только что не говорит: ""Ну, что, съел?!""

Дураку понятно, что я хотел побыть с Полей наедине.

Мы выходим из комнаты, и как– то так получается, что Сашка оказывается рядом.

Хватает меня за руку и жарко шепчет на ухо:

– Тебе ничего не светит! Только губозакаточная машинка.

И торопится вслед за сестрой.

А я обалдеваю от аромата земляники и ее наглости. И еще у меня начинает чесаться ладонь от желания навалять ей по заднице. Чтобы сидеть не могла. И не лезла туда, куда не просят.

Артем Холодов

Наша дружная компания заходит в детскую.

– Ух, ты! – выдыхает восхищенно Саша, оглядываясь по сторонам.

– Красиво, – замечает Полина без какого– то энтузиазма.

В ее глазах мелькает грусть и что– то, скрытое настолько глубоко, что туда хода никому нет.

– Тут будет жить маленькая принцесса Есения, – тянет беззаботно Сашка, – Артем, а кто имя твоей сестре выбирал?

Про себя удивляюсь, только что на меня шипела, как дикая кошка, а здесь как ни в чем не бывало. Смотрит с любопытством, глаз не отводит и даже назвала меня по имени.