Сумман твоего сердца

Правда, дальше продолжать своё обучение в этом направлении не захотела, всё же моя деятельная натура мешала бесконечно сидеть у мольберта и рисовать, мне всегда было интересно – всё.

Рисовать, лепить, даже сходила на пару кружков по рукоделию, но вязание и вышивание, точно не моё. Обучаясь в университете, Светка из параллельного потока, предложила вместе сходить на курсы по выпечке капкейков, но, испортив дважды тесто, я плюнула на это дело.

Ну и конечно с удовольствием помогала деду Сани в ремонте мелкой бытовой технике — точно! Я же видела и даже чинила старую советскую мясорубку, вот и идея! Пусть это невеликое открытие и не принесёт в этот мир ничего особенного, но почему бы не занять свои руки и голову полезным делом.

"Довольная собой, такой умной и находчивой, с улыбкой до самых ушей, я подняла голову от листа бумаги, на которой пока был только нарисован контур обезьянки, висящей на дереве, и взглянула на Михеля.

Он замер, казалось, не дышал и не отрываясь смотрел на мои губы. Выждав минуты две, отметила, что его поза и взгляд не изменились, возможно, он умер, надо потыкать в него палкой, так, по-моему, советовали поступить в одном из инстаграмных сообществ. Недолго думая, я довольно ощутимо ткнула его ногу карандашом.

Белобрысый тут же очнулся и, схватил меня за руку, притянул к себе, всё ещё не отрываясь от созерцания моих губ, честно признаться, я забеспокоилась, может, крошечка от обеденного пирога осталась: облизнула губу, в поисках этой предательницы.

— Живой! — воскликнула, отодвигаясь от него подальше и вдруг осознала, что его рука всё ещё держит мою, а от его горячей ладони по мне волной разбегаются мурашки; в низу живота появилось странное томление и покалывание, пульс участился, дыхание сорвалось…

Михель

«Светлая! Кажется, моей выдержке приходит конец»! — мысленно застонал я.

Натали настолько увлеклась рисованием этой обезьянки, что совершенно ничего не замечала вокруг. То высунет кончик своего маленького язычка и облизнёт верхнюю пухлую губку, то запихнёт в рот карандаш и легонько прижмёт его своими беленькими зубами, или начнёт задумчиво постукивать карандашом по нижней губе, совершенно не понимая, что выглядит при этом очень соблазнительно.