Старый, но крепкий

— Ещё слово — и я приду к тебе домой! Ты понял⁈

Асура уже кричал, не стесняясь недоумевающих горожан. Его рука дёргалась так, будто он хотел схватить меня за воротник, лицо перекосило от ярости, но я увидел в этом что-то другое. Страх?

Мне его искренне жаль: молодого парня, который уже давно живёт в семейном аду и потому тянет в ад всех окружающих."

"В этом городе жестокость — не просто черта характера, а чуть ли не добродетель. Здесь если ты не давишь других, то тебя обязательно задавят. Асура вырос в этом, привык так жить.

Я надеюсь, что в этом городе ещё не всё потеряно. Могу я поменять что-то снова, хотя бы для одного человека? Спас же я парнишку, который должен был погибнуть.

Конечно, можно выбрать дуэль, бросить Асуре вызов прямо сейчас, дать волю злости. Идеальный вариант — он безоружен, а мой шест спрятан в переулке в пяти домах отсюда.

Был ещё и другой вариант, грубый и тонкий одновременно. Я мог сыграть на его страхах целую симфонию: краткую и изящную, чтобы тот не успел выплеснуться на мне свою злобу. Мог задеть его страх перед отцом и возвести его в степень. Я мог начать ломать расшатанную психику Асуры прямо здесь, на этой улице.

Против отца Асуры я смог бы использовать это без колебаний: я уже понял, что не все проблемы можно решить разговорами. Против человека, с которым я не справлюсь иначе, возможно, даже заклинание использую. Но здесь…

Может, глупо, но я верю, что есть шанс вытянуть подростка из ситуации, из которой он не сможет выбраться сам. Поэтому я поступлю так, как уже задумал.

— Твой отец неправ, и ты знаешь это, — повторяю.

— Заткнись, слабак!

— Именно так говорит тебе батя? — усмехаюсь и добавляю.

И бегу прочь. Со всей силой, со всей скоростью. Тело молодое, могу себе позволить.

Он погнался за мной. Я и не сомневался, ведь в его псевдохищной натуре преследовать того, кто убегает. Я его унизил, и теперь ему обязательно нужно доказать своё превосходство: догнать и схватить меня. Доказать, что он сильнее. Доказать это себе и мне, потому что отцу он доказать ничего не может.