Старый, но крепкий

Едва просидев с десяток минут, я встал, вежливо кивнул старичкам и поплёлся вниз с холма.

И снова выбрал путь, где меня не встретит шайка Асура. Вряд ли они сунутся в эти кварталы, где по улицам — а зачастую и по канавам — течёт зловонная жижа.

Шагая, я думал о том, чем заняться сейчас. Китт бы мог направиться к реке и покидать в воду камни. Только вот повседневное занятие Китта казалось мне неправильным. Я в новом теле, в новой жизни! Передо мной открыта целая жизнь! Какие еще камни в реку⁈ Нужно набираться сил, тренироваться, расти в ранге и строить планы, как вывести свою семью из нищеты.

И подумать над этим можно дома, где можно в очередной раз размяться. Провести несколько упражнений на гибкость, попробовать растянуть мышцы, попробовать с помощью сообщений системы найти правильное выполнение упражнений, которые Китт когда-то видел у практиков.

Придется выполнять по-разному, путем перебора нивелируя ошибки. Если в подтягиваниях разобраться можно и самому, то здесь, грубо говоря, танец, который ты видел один раз, издалека, и во время выполнения вместо указания на ошибки на тебя просто орет инструктор.

Я свернул на другую улицу и направился домой.

Когда сзади зацокали копыта лошади, я привычно прижался к стене дома, пропуская всадника или телегу. Повернув голову, я увидел, что это была телега, гружённая туго набитыми мешками. Лошадь ступала тяжело, телега скрипела. Возница — здоровенный широкоплечий дядька с разбойничьей рожей — посвистывал и нахлёстывал лошадь.

Колесо попало в выбоину на мостовой и отлетело. Возница выругался и едва успел соскочить с телеги. Ось, на которой держалось колесо, ударилась о мостовую, но не раскололась, а прочертила белую полосу на камнях."

"Возница лёгким движением руки натянул поводья. Причём силы он приложил с избытком: голова лошади дёрнулась на бок, и животное жалобно заржало от впившейся в морду сбруи.

— Тпру! — выкрикнул возница.

Лошадь остановилась.

С лёгкостью вернув колесо на место, он пальцами, словно тисками, выдернул пару гвоздей из телеги, а потом ладонью забил их в деревянный кружок, удерживающий колесо на месте. После этого он сел на телегу и уехал.

А я всё ещё стоял на том же месте, охваченный каким-то детским восторгом, который передался мне от Китта.