Старый, но крепкий

— Кучу лет назад Император Апелиус изготовил специальные одноразовые артефакты, выглядевшие как каменные или глиняные таблички. Уникальные вещи, которые давали человеку невероятные силы: могли сделать его умелым воином, лекарем, счетоводом. Или травником. Сперва этих артефактов было много, их мог купить практически каждый, но шли годы, и те, кто достиг могущества благодаря этим артефактам, стали уничтожать наследие императора. Они боялись, что кто-то добьется чего-то большего, чем они. Окажется лучше. Умнее.

Он замолчал на мгновение, будто проверяя, слушаю ли я. Я не мог отвести от него глаз.

— У меня нет этого дара, — продолжил он ровным голосом. — Никогда не было. И слава духам за это. Но я рассказываю тебе не о себе, а о том, что случилось с моим… — его голос сорвался. — С родным мне человеком, у которого такой дар был.

Я заметил, как его пальцы сжались в кулак, а взгляд потемнел ещё сильнее.

— Просто чтобы ты знал, — добавил он тихо. — У меня нет пиетета перед швалью, которая зовет себя главами Домов, я не играю на их стороне и о тебе я не донесу. Но не я один вижу твои успехи. Понял?

В этот момент я снова посмотрел в глаза травника. В них плескалась застарелая боль.

Я хотел что-то сказать — хоть что-нибудь, чтобы разрядить эту тишину между нами.

— Спасибо вам за науку, Рой.

— Да не за что, пацан. Ладно, иди.

Но после такого я выходить не спешил.

— Рой, — начал я тихо, — я понимаю, что это не моё дело, но вы упомянули о человеке, который был вам дорог. Это был ваш сын? Тот, что оставил рисунок?

Травник посмотрел на меня, словно оценивая, стоит ли продолжать разговор.

— Ладно… ладно, расскажу, — медленно сказал Рой.

Мужчина тяжело поднялся со своего места, шагнул к стене и поправил раму рисунка.

— У меня был сын, — начал он тихо. — Мальчишка лет десяти. Звали Элиас. Умный был, шустрый. Как все мальчишки, любил лезть, куда не следует. То за стену сбегал, то здесь по крышам прыгал. Но особенно любил тоннели под городом. Воображал, что там скрыты тайны древних времён.