Союз-77. Книга 2. Мы одной крови

Передёрнул, стало быть, затвор друг Хакан.

— Серьёзно ты настроен, я погляжу усмехнулся я. Кольт вместо брудершафта?

— Чего? — не понял он.

— Ну, это я к тому, что на «ты» мы перескочили с заметной лёгкостью.

Я обернулся, выглянул из-за кресла.

— Неужели выстрелишь? Я ведь ценный кадр, вроде, раз такую канитель в Подгорице устроили.

— В Титограде.

— Ну да, в Титограде, — кивнул я. — Тороплю события ещё не переименовали.

Он стоял с пистолетом в руке, правда отведённым от меня в сторону. Вернее было сказать, чуть в сторону.

— Ну давай, стреляй, гад, — засмеялся я, — всех не перебьёшь.

— Что?

Я поднялся, встал c кресла, а он немного замешкался, не приняв окончательного решения, что делать. Но существует простое и прямое, как дрын правило. Если ты не принял окончательного решения, то и нехрен хвататься за ствол. Потому как… Потому как и до беды недалеко.

Я широко улыбнулся и покачал головой, как бы говоря, эх, Хакан-Хакан, ну как же так, а я так тебе верил, так, блин, надеялся. Он нахмурился, вероятно, поняв, что дал маху, да только было уже поздно.

С другой стороны, казалось бы, чего там, сдвинуть руку на пятнадцать-двадцать жалких сантиметров. Ан нет… Вж-ж-ж-ых — и вот он я, пык, тык, брык… Я рванул, как молния, как супермен, и Хакану ничего делать не оставалось, как положиться на мою милость.

Пока он поднимал руку, не в силах разрешить загадку, стрелять или не стрелять, я херакнул ему в грудину основанием ладони, занося при этом ногу и ставя так, чтобы он перелетел через неё. И тут же захватил руку с кольтом, и буквально разломил бедного турка. Он дёрнулся назад, начав падать из-за моей подсечки и мгновенно нанизался на болевой, как червяк на крючок. Он едва не сложил руку в другую сторону, так что мне осталось просто потянуть за ствол и завладеть им легко и просто.

Пилот, следивший за этим молниеносным шоу даже ойкнуть не успел. Хакан тоже. Впрочем, теперь он мог ойкать и выть, сколько угодно. Но, к чести его стоило заметить, что голосить он не стал, а просто расстрелял в воздух целую обойму своих турецких ругательств.

Завладев оружием, я не собирался добивать врага. Наоборот, ещё и поддержал бедолагу, не дав ухнуться затылком об пол.