Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)

Бог ты мой, как же мне её мало…

Как же я по ней тосковал…

Не думал, что когда-нибудь прикоснусь к своей девочке снова…

Не ожидал, что жизнь приобретет новый смысл, заиграет настолько ярко, что я счастьем захлебнусь. Превращусь из беспринципного напористого мудака в любящего семьянина и отца.

Да, я умею быть не только серьёзной и непоколебимой сволочью, но и мягким, способным на чувства мужчиной.

— Родная… — шумно выдыхаю, прижимаясь щекой к её щеке. Трусь о нежную кожу щетиной. Запах её любимый вдыхаю и схожу с ума.

Мой бомбер и её свитер падают на пол. Снимаю с неё обувь. Вскоре начинаю раздеваться сам. Поспешно расстёгиваю пуговицы на рубашке. Рецепторы кожи воспламеняются.

— Кто первый в душ? — глядя на меня, Маша часто дышит. Возбуждение горит в каждой клетке её трепещущего тела. Горячая, отзывчивая, страстная. Вцепившись пальчиками в пряжку ремня, справляется с ней за считанные секунды.

Целую. Глубоко. Жадно. Прерывисто. Одновременно стягивая с плеч рубашку и швыряя её к стопам.

Бросив быстрый взгляд на спящих детей, подталкиваю жену к изножью кровати.

— Вдвоём пойдем. После того, как полетаем, — дергаю её джинсы вместе с бельем вниз.

Охает от неожиданности, избавляясь от них окончательно.

— Рус… Рус… дети…

— Тихо, — притянув к себе за шею, вгрызаюсь в пухлые губы, испытывая неотвратимое желание заняться с ней любовью здесь и сейчас.

Спорный вопрос, но придётся сдерживаться, иначе до финала оба не дойдём. А я хочу, чтобы Машка кончила. Чтобы размякла подо мной в сладостной неге. Здесь. На постели. На моих простынях. В моих руках.

— Хочу тебя ласкать. Хочу подарить столько нежности, сколько выдержит твоё чувствительное тело. Хочу облизать всю, с головы до ног и между ног тоже. Машенька моя… Сладкая… Любимая… Родная… Проси, что хочешь.

— Я счастлива. Очень счастлива… — частит между поцелуями, задыхаясь.

Языками сталкиваемся. Влагу друг друга пьем. Воздух в спальне ощущается раскаленным и трескучим. Ловким движением расстёгиваю лифчик, стягиваю тонкие лямки с плеч. Он падает к остальной одежде. Насыщенный запах грудного молока ударяет в ноздри. Оно сочится из набухших острых сосков, капает Маше на живот.