Шлейф сандала

– Сейчас жечь перестанет!

Этот прием я знала, потому что иногда использовала перцовую настойку при растяжении мышц.

Спирт действует на капсаицин как растворитель.

Когда мальчишка немного успокоился, я поинтересовалась:

- Ты зачем настойку брал?

- Думал быстрее мужиком стану! – обижено всхлипнул Прошка. – Борода полезет!

Мы с Евдокией принялись хохотать, а он опять завыл, зло топая ногами.

- Пойдем со мной, - повариха подтолкнула его к двери. – У меня средство есть хорошее. Чтобы кожа не слезла. Ох, горе луковое! Бестолковое!

Глава 31

Минодора сидела у зеркала, рассматривая себя так пристально, словно видела в первый раз.

Приложив к голове искусственный цветок, она через секунду отшвырнула его в сторону прямо на недоеденную булку.

- С ним щеки еще краснее делаются… Нет. Надобно что-то нежное… Вот чтобы как царевна-лебедь…

Девушка тяжело вздохнула, вспомнив статного Сережу. Он вчера проходил под ее окнами, и сердечко бедной Минодоры затрепыхалось с невиданной силой. Ей ужасть как хотелось страстных поцелуев и признаний.

Она бы красиво смущалась и говорила: «Ах, Сережа, прошу вас, оставьте! Не дай Бог, кто увидит, разговоров не оберешься!». А он бы отвечал: «Не могу остановиться, милая Минодора! Гляжу на вас, и душа соловьём поет! К ногам вашим весь мир брошу! Сейчас же к Василию Гавриловичу пойду руки просить! Иначе гореть мне в огне неутоленной страсти веки вечные!».

Купеческая дочь прерывисто вздохнула, прижала к груди пухлые ручки и прикрыла глаза. И тут в дверь постучали.

- Да кто там?! – раздраженно отозвалась девушка. – Покоя нет!

В комнату дочери вошел купец Жлобин и с умилением взглянул на Минодору, сидящую у зеркала. – Ты чего пригорюнилась, голубка моя? Личико смурное, в глазах тоска… Ну, ответь батюшке?

- А чего хорошего? Скукота! – недовольно ответила девушка. – Ни тебе гостей, ни танцев! Совсем вы меня с маменькой измучили!

- Ох, ох, ох! Не серчай, моя красавица! – добродушно засмеялся Василий Гаврилович. – Я тебе хорошую новость принес.

- Какую? – Минодора с любопытством повернулась к отцу. – Не томите, батюшка!

- Виделся я вчера с Иваном Ивановичем Фроловым. Они ведь нас ждут сегодня к ужину. Не забыла? – купец присел рядом с дочерью. – Платье самое лучшее надень.

- Да помню я об ужине, - девушка с надеждой смотрела на Жлобина. – Что за новость?

- Так вот, зашли мы с ним в «Яр», откушать, и я разговор завел о сыне его, Сергее, - неспешно начал рассказывать Василий Гаврилович.