Самые близкие

— Хотя я с детства мечтал, чтобы твою заносчивую задницу кто-нибудь надрал и поставил тебя на место. Надеюсь, это будет мой отец.

Хочется ругаться матом, как Янис недавно. Удача явно больше не на моей стороне.

— Вообще, я сейчас очень жалею, что не врезал тебе в ответ. Но теперь попробуй объясни отцу еще и видео, на котором он увидел свою единственную и любимую дочь на коленях перед твоим членом. Заебись! Взбодрил всю семью! Хотя что от тебя ожидать? Всегда только проблемы создавал. Ничего в этом плане не меняется.

Эрик завершает разговор, а я какое-то время стою с прижатым к щеке телефоном, глядя, как Яна досыпает последние спокойные, безмятежные минуты.

Ну что, Андрей, поздравляю. Всё как в старые добрые времена. Эрик прав. Ничего не меняется. Создал всем новые проблемы. И как на этот раз буду выходить из ситуации, я не знаю.

32 глава

Из плюсов мы хорошо получились на видео. Всё-таки сразу заметно, что человек умеет снимать контент и что-то в этом понимает. Но вслух об этом не говорю.

Несколько месяцев назад я бы, конечно, переживала, а сейчас... Сейчас я испытываю сильное возбуждение. Помню этот момент до мельчайших подробностей. Даже ощущаю фантомный вкус Ковалева у себя на языке.

Закусив губу, возвращаю Андрею телефон, точно зная, что нам необходимо и чего не хватает в отношениях. Ковалева надо вывести на эмоции. Не те, в которых он увяз, а другие. Встряхнуть его. В хорошем смысле этого слова. Да, мы родители и Бусинке важна наша поддержка, но после рождения детей люди ведь не ставят крест на интимной жизни?

Воспоминания одно за другим, как Ковалев заполнял меня длинными тугими толчками, как жадно трахал, словно у него женщин не было, вдруг приобретают новые очертания и эмоции.

Оказывается он просто-напросто дорвался до той, которую считал долгое время запретной. Боже... Это и впрямь возбуждает. Еще даже посильнее, чем то видео.

— Завтра утром этого ролика нигде не будет, — заверяет Андрей.

Да хоть и будет, плевать! Жаль, конечно, что родители и знакомые теперь в курсе пикантных подробностей завязки наших отношений, но что поделать… И, откровенно говоря, мне стыдиться не за что.

Там все очень даже интригующе и пикантно получилось.

— Репутации Триггер — конец, — продолжает он.

Уж мой отец точно об этом позаботится.

Низ живота все так же горит, а откровенные кадры стоят перед глазами, словно на повторе. Смотрю на Андрея и начинаю злиться. Кажется, он неправильно истолковывает мое напряжение.