Развод. Мне (не) нужна твоя любовь

Сколько раз я была здесь раньше — приносила ужины, когда Артур засиживался допоздна, обсуждала с ним планы на выходные...

Теперь все по-другому. Муж сидит за своим массивным столом, такой чужой и отстраненный, будто и не было этих двадцати лет вместе.

Вчера он позвонил и сухо попросил приехать в офис, чтобы обсудить что-то важное.

Первым порывом было отказаться, но встреч не избежать в любом случае, да и прятать голову в песок я не собираюсь.

И вот я здесь.

— Присаживайся, — говорит Артур таким спокойным и официальным тоном, словно я клиент на деловой встрече.

Так и думала, что речь пойдет о нашем разводе.

Я сажусь в кресло напротив, стараясь держать спину прямо. Не дождется, чтобы я сломалась при нем.

— Ева, давай говорить откровенно, — начинает он, постукивая ручкой по столу: старая привычка, когда нервничает. Прокашливается и продолжает: — Ты же понимаешь, что мой бизнес идет не очень хорошо.

От меня не ускользает укор в его голосе, который Артур даже не попытался скрыть.

— И в этом, конечно, виновата я? — не могу сдержать горькую усмешку.

— А разве нет? — Глаза мужа мгновенно вспыхивают раздражением, и маска деланного спокойствия спадает с его лица. — Кто постарался, чтобы я не получил инвестиции? Я землю грыз, чтобы все выгорело, а ты разрушила все мои усилия за пять минут из-за детской обиды!

— Артур, ты серьезно? — у меня перехватывает дыхание от возмущения. — Я до последнего надеялась спасти нашу семью, пока ты…

— Пока я что? — перебивает он, прищуривается.

— Я никогда не просила всего этого, — чувствую, как к горлу подступают непрошеные слезы. — Мне нужен был муж, а не его кредитная карта. И так было всегда!

Артур встает, начинает ходить по кабинету. Глубоко вздыхает и поворачивается ко мне.

— Ладно, давай успокоимся.

Так и есть. Много лет назад, когда Артур объяснял, почему хочет записать свое дело на моего свекра, я согласилась — настолько любила мужа и доверяла ему. А теперь… теперь поздно посыпать голову пеплом.

— Квартиры трогать не будем, не для того переписывали это имущество на Полину и Пашу. Ты согласна? — спрашивает муж.

— Естественно, — киваю.