Развод. Мне (не) нужна твоя любовь

Однако при мысли о том, в какую сумму мне встали новые документы, настроение портится еще больше. Впрочем, это вложение окупится сторицей.

Я подхожу к заляпанному зеркалу и смотрю на свое отражение.

— Прощай, Лана, — усмехаюсь.

Меня сейчас даже мать родная не узнала бы, не то что Артур.

У меня волосы цвета воронова крыла и глубокие синие глаза — спасибо линзам."

"Конечно, потом придется отвалить кучу денег, чтобы потом вывести этот убийственный черный цвет, но мне пока не до выкрутасов.

Главное — теперь я не похожа сама на себя.

Проходит еще несколько дней. Я под покровом ночи еду к нужному человеку и забираю новый паспорт — теперь я Зорина Кристина Геннадьевна.

— Кристина… — пробую это имя на вкус.

А что, неплохо. Мне идет. Впрочем, мне все идет.

Вскоре я покупаю билеты на самолет и собираю нехилые пожитки — все, что успела впопыхах собрать у Артура.

Следующим вечером вызываю такси и уже строю планы на будущее.

Хочется рассмеяться в голос — Артур так меня и не нашел.

Кто молодец? Я молодец! Хорошо замела следы.

Выхожу из подъезда, тяну за собой чемодан, колесики которого мерно шуршат по асфальту.

И вдруг замираю как вкопанная — передо мной словно из-под земли вырастают два высоких плечистых мужика в черных костюмах.

— Кристина Геннадьевна, — голос как из бочки, — пройдемте. С вами хочет встретиться один человек. Или лучше называть вас Лана Аркадьевна?

Меня прошибает холодный пот. Артур!

Черт, неужели он меня все-таки выследил?!

Дергаюсь в сторону, но второй амбал преграждает мне путь, качает головой:

— Не советую.

Обреченно понимаю: бежать бесполезно.

Ноги подкашиваются, когда иду за ними к черному минивэну с тонированными стеклами. Сердце колотится как бешеное.

Дверь открывается, и я застываю в шоке.

Это не Артур!

На кожаном сиденье развалился мужчина лет шестидесяти, а то и старше.

Седой, в дорогом костюме. Его взгляд проходится по мне, словно рентген, а на губах играет неприятная усмешка.

— Ну здравствуй, любительница красивой жизни, — произносит он, и от его морозного тона и не менее ледяного взгляда у меня отнимается дар речи.

Я понятия не имею, кто этот мужик, но что-то мне подсказывает — влипла я гораздо серьезнее, чем думала...

***

Я сижу, вжавшись в кожаное сиденье, и пытаюсь унять дрожь.

Машина плавно движется по городу, но я даже не пытаюсь следить за маршрутом — какой смысл?

Все двери заблокированы, а рядом сидит молчаливый амбал, от которого веет холодной профессиональной жестокостью.