Простокровка из Дра'мора

Когда основная волна схлынула, в коридоре показался Эашу, с лихо заброшенной на плечо сумкой и в окружении суккубов и парочки ведьм – малая часть его обычной свиты. Увидев Марори, он театрально испугался, разогнал девушек и, оказавшись рядом, по-свойски обнял за плечи.

– Слушай, нельзя быть такой впечатлительной, – сказал инкуб, накручивая на палец локон ее волос. – Морту очень не любит таких проявлений неуважения к своему предмету.

– Аситаро меня нарочно толкнул, – Марори настойчиво высвободилась из его хватки, но тут же снова оказалась в ней, на этот раз без возможности сопротивляться.

Страшно подумать, что будет, когда инкубу надоест кривляться и он перейдет к более активным действиям. – Все это видели, и все промолчали.

На лице Эашу читалось откровенное непонимание.

– Цыпочка, ты такая глупая, – он сокрушенно покачал головой, – даже для простокровки.

– Почему?

– Потому что чужаки всегда и везде одни.

– Но ведь так нельзя. Это же травля.

Эашу нахально лез пальцами ей под блузку, она выкрутилась и отошла на безопасное расстояние.

В змеиных глазах появился сиюминутный азарт, который тут же стух. Похоже, инкубу начинает надоедать эта игра в одни ворота.

– Важен лишь тот, кто может что-то дать взамен. Здесь ценятся только власть и деньги. У тебя есть власть? Она отрицательно качнула головой.

– Деньги?

Еще одно молчаливое «нет».

– Тогда это бесполезный разговор. Лучше скажи мне, когда ты перестанешь убегать, и мы.

Она не стала дослушивать. Каждая встреча с Эашу так или иначе скатывалась к вопросу о ее невинности и способах, которыми бы она предпочла от нее избавиться.

Марори надеялась, что со временем привыкнет, а пока лучшее – со всех ног удирать из поля его зрения.

Следующим по расписанию было Руническое плетение, основной уровень. В программе Потрошителей предметов, изучающих Материю и Плетение, было ничтожно мало, поэтому Марори с нетерпением ждала хотя бы этих жалких крох. Подготовилась она основательно: перечитала «Основы темного Плетения», благо часть рун была идентичной рунам из светлого, которые она и так знала назубок.

Лекцию читала профессор Адалия – медуза неопределенного возраста. Ним успел насплетничать о ее патологической тяге к молодым дьяволам, из-за которой профессор неоднократно попадала в разные неприятные истории. Наверное, слухи были недалеки от истины, потому что, едва заявившись в аудиторию, медуза обрушила внимание на Дагана. Тот, несмотря на разницу в возрасте, огрызался самым жестким образом.