Простокровка из Дра'мора

Душа, даже маленькая ее часть, – огромный источник энергии. Карманный ядерный реактор. – Ним смешно выпучил глаза, пытаясь ее отвлечь, но Марори оставила ужимку без внимания.

– То есть, если бы я согласилась, то он бы. меня убил? – напрямую спросила она.

Ответ Нима утонул в долгой сирене. Как будто набат, она пронеслась над всем Дра’Мором. Марори вопросительно уставилась на собеседника – он же тут все обо всем знает, что это за новая напасть?

– Публичное наказание, – сухо сказал эльф, – всем студентам нужно собраться на Пыточной площади.

Пыточной площади? Марори передернуло. Что это за кровавое забытое средневековье? На миг она подумала, что это розыгрыш, но эльф взял ее за руку и повел за собой. Не похоже, что шутит. Он шел быстро и поторапливал ее.

Пыточная площадь находилась за главным учебным корпусом. У Марори сбилось дыхание, когда оказалось, что место в самом деле оборудовано соответственно названию. Посредине подножие, уставленное всякими пыточными приспособлениями, но хоть без гильотины и плахи.

На помосте стояли двое. Один в почтенной седине, с багровым испещренным морщинами лицом и короткими витыми рогами.

– Декан Халар, правая рука Магистра Дамиана, – шепнул ей на ухо Ним.

Второй был молодым инкубом, старостой группы провинившегося. Ним сказал, что по местному уставу именно староста приводит наказание в исполнение. Инкуб стоял в рубашке с закатанными по локоть рукавами и с плеткой в руках. А потом вывели провинившегося: крепкого обнаженного по пояс горгула.

– Потерял пропуск? – переспросила Марори, подумав, что ослышалась. – Его будут пороть за то, что он потерял кусок пластика?!

Ним кивнул.

– И не кусок пластика, а ключ от двери в самое сердце Темных, – поправил он. – Наверное, какой-то благородный мажор, потому что за такое обычно исключают без права повторного поступления и восстановления. С такими вещами тут строго.