Простокровка из Дра'мора

– Платой? Больше похоже на еще один щедрый подарок.

– Возможно, я делаю это, чтобы усыпить твою бдительность и загрызть тебя посреди ночи, пока ты будешь безмятежно спать одной из этих постелей.

Она понимала, что ничто не мешает Крэйлу выполнить угрозу прямо сейчас: вряд ли кто-то услышит ее крики о помощи. Для того чтобы расправиться с ней ему совсем не обязательно ждать так долго.

– Хватит топтаться на месте и смотреть на меня таким затравленным взглядом. Ей-Богу, когда я сказал, что хотел твоей смерти, ты и то выглядела не такой перепуганной.

– Я боюсь пауков, – призналась она.

– Насколько я помню, у тебя есть хорошая одушевленная мухобойка.

Марори не стала испытывать его терпение. Наугад выбрала коридор – правый. Свет здесь был скупым и тусклым, приходилось напрягать зрение, чтобы высмотреть подходящую дверь. Хотя, как можно выбрать комнату по двери, если они все абсолютно одинаковые? Марори оглянулась: шанатар стоял на том же месте, разве что скрестил руки на груди и всем видом давал понять, что лучше бы ей не затягивать.

Чтобы разогнать темноту, пришлось воспользоваться единственным волшебством, которым она овладела почти в совершенстве, – Светом. Странно, но в стенах этого дома не-Материя была более податливой, мягкой, как разогретый пластилин. Шар света выскользнул из ее рук и подскочил куда-то к самому потолку.

Комната была небольшой и совершенно не уютной: массивная старинная мебель, тяжелые портьеры белого цвета контрастировали с темно-коричневым деревом и филигранью красного золота. У зарешеченного окна стоял письменный стол, на котором, припорошенные толстым слоем пыли, лежали забытые кем-то книги. Движимая любопытством, она смела серый слой со страницы, впилась взглядом в буквы – отпрянула. Похоже, бывшему владельцу нравилось искусство бальзамирования и тонкости человеческой анатомии.

– К твоему следующему приезду здесь будет чисто."

"Крэйл стоял в пороге и озирался по сторонам с ничуть не менее заинтересованным видом, чем она только что. Его взгляд красноречивее слов говорил, что его можно не спрашивать о прежнем постояльце, потому что шанатар, как и сама Марори, впервые переступил порог этой комнаты.