Простокровка из Дра'мора

Какой смысл делать это сейчас, когда расправа никак не изменит ее участь?

– А мы тебе приготовили сюрприз, собирались отпраздновать инициацию у Крэйла на хате, – скис Эашу.

– Звучит устрашающе, – удивительно, как она нашла силы на вполне искреннюю улыбку. Ниваль ткнул инкуба в спину.

– Испортил сюрприз.

На этот раз Марори расплылась в самой что ни на есть искренней и счастливой улыбке. До чего же глупо выглядит со стороны: ревет и лыбится, лыбится и ревет. Она уронила лицо в ладони и дала волю чувствам. Все, о чем она мечтала, – друзья, дело по вкусу, призвание.

– Говорил же, чтобы прекращала таскать сопли и реветь, Марори Милс.

Незнакомый голос, но интонация и.

Никто больше не звал ее вот так официально.

Перед глазами замаячила бумажная салфетка. Марори подняла взгляд и наткнулась на белобрысого, как снег, здоровяка. Он лишь самую малость проигрывал Кулгарду в росте и был более поджарым.

"Он чуть склонил голову набок, нервно рванул ворот форменной рубашки – несколько пуговиц упали на пол. Потом засучил рукава, обнажил крепкие жилистые руки: на правой отчетливо виднелся выпуклый черный орнамент, уходящий вверх по предплечью. Оставшуюся часть скрывал рукав. Его волосы выглядели жесткими, непослушными и какими-то всклокоченными.

Ископаемый шанатар?

– Ну и где твоя лягушачья кожа, принц-жаба? – Марори шмыгнула носом, потом взяла из его рук салфетку и громко, от души, высморкалась.

– Отрыжка темного, малявка сделала мой день! – Даган хохотнул.

Крэйл Шаэдис, Принц-из-Тени, оскалился. Что ж, по крайней мере, клыки и глаза у него те же.

– Моя цыпочка такая остроумная, хоть и зареванная, – Эашу снова призмеился к ней, устроил голову на плече, норовя схватить за ухо.

– Бери эту бумажку, Марори Милс, – Крэйл отобрал у Ниваля письмо и вернул его владелице, – и иди к Магистру. Выгнать тебя до инициации и сейчас, когда на тебе места живого нет, когда у тебя есть честно прирученный фэлфаэр, – очень разные вещи.