Простокровка из Дра'мора

Получилось на удивление естественно, хоть накануне она долго тренировалась перед зеркалом, как и что говорить темному эльфу, если вздумает ее заедать: убийственно пренебрежительно и легко. Марори твердо решила больше не позволять Аситаро портить себе жизнь. Теперь она одна из них, и ему придется смириться с этим.

Эашу бесшумно подкрался сзади, повесился девушке на плечо.

– Моя цыпочка теперь проклятокровная, – промурчал он. – И вон, с какой большой твердой штукой, ушастый. Не спорь с ней, а то накостыляет так, что мамочка не узнает.

Аситаро распалился, это было видно по вздувшейся на его шее бешено пульсирующей вене. Марори выдержала эту безмолвную лавину ненависти.

– Если у тебя больше нет вопросов, я вернусь на свое место, – сказала она, радуясь присутствию Эашу. Все-таки Аситаро остерегался проявлять к ней открытую враждебность рядом с сокурсниками.

– Вопросов нет, есть пожелание – чтоб ты сдохла и перестала портить вокруг меня воздух.

Марори пожала плечами. Слова задевали ее, пугали, шокировали, но она держалась.

– Ты стала еще вкуснее пахнуть с тех пор, как стала моей подружкой, – сладко улыбаясь, сообщил инкуб. – Ставки на нас растут каждый день.

Она заставила себя улыбнуться.

– Цыпочка, ты же понимаешь, что с таким выражением лица обо мне будут думать всякую ерунду? – Он чуть отвел в сторону волосы от ее уха и прошептал претензию куда-то в ямку между шеей и плечом.

– Прости, мне немного. не до того.

– Ты в доле, цыпочка, – напомнил он, все крепче и крепче притягивая Марори к себе, – поэтому не воображай себе, что стараться буду я один.

Девушка виновато, но честно призналась, что иногда просто забывает об их договоре.

– Ты рискуешь остаться без подружки еще до того, как твой. наш тотализатор начнет приносить доход, – нервно пошутила она.

– Ты об инициации? – Инкуб отмахнулся, будто речь шла о чистке зубов.

И подмигнул змеиным глазом.

Марори моргнула. Это что за намеки?

– Эашу, это твой подарок? – в лоб, чтобы не мучиться догадками, спросила она. Инкуб с отвращением покосился на косу. С очень неподдельным отвращением.

– Обычно я дарю своим девочкам цветы, конфеты и игрушки, – сказал он.

– Обычно, но. – не унималась она.