Раздевайся, тебе понравится!

— Золотые листья! — передразнил Якуб. — Где они сейчас?! Грязно, холодно, мокро. Тьфу! А ты все ждешь, что Арина приползет! Если только с воспалением легких.

— Что ты на меня взъелся?! На сиськи запал?!

— Да хотя бы и на сиськи, — пожал плечами. — Хотя нет, не только на сиськи. Что-то в ней есть!

— Задница еще смачная.

— Да? Зад я не оценил. Ты-то наверняка там уже проложил туннель.

— Захлопнись.

— Вот я тебя не понимаю, братан. Такая женщина, ууу! Вот как… Как ты мог ее упустить?! Ну скажи… — чуть ли не белугой взревел друг.

— Она сама убежала.

— А руки тебе на что? А ноги?! Ноги же не отказывают, да? После операции все нормально? Нормально! Так какого же хрена ты ее не остановил?

— Бегать за ней? Вот еще! — насупился, снова полез за сигаретами и отложил их в сторону. — Я, знаешь, какой план пиздатый придумал? А она давай своим языком молоть, переворачивать все. Самовольничает она! БЕСИТ! Дурная! Ей ремня не хватает! Хорошего такого ремня.

— Может быть, ремня ей и не хватает. Но только ты теперь своим ремнем можешь только себя подпоясать и радоваться, что за бабой не побежал.

— Пошел ты…

Я нахмурился, забарабанил по рулю. Мы помолчали немного.

— Подумай еще раз, куда она могла пойти? — снова задал вопрос Якуб.

— Не знаю, — вздохнул — Уже половину города исколесил. Нигде ее нет. Все вокзалы обошел!

— Да я уже это слышал! — отмахнулся друг. — С чего ты взял, что она на вокзал пойдет?

— Чтобы уехать.

— Деньги и документы где она, по-твоему, возьмет?

— Стибрит.

— Оп, с этого места поподробнее.

Чуть не проболтался! Е мое… Отмахнулся от друга вовремя.

— Ну? — спросил напористо.

— Руки ловкие, — добавил я скупо.

Надеюсь, что друг купился.

— Опасно вот так сразу с города пытаться свалить. Подумай еще немного, Игнат! Не о сиськах ее думай и не о том, как по сочной заднице будешь ремнем хлестать, а потом… — продолжил с придыханием.

— Эй! — встряхнул друга. — Ты о чем думаешь, бессовестный? Штаны небось раздуло, как парус?! Куда разогнался! Притормози давай! Арина — моя женщина! Слюнями начнешь капать — вытру! Вместе с челюстью.

Взбесился, что друг о моей женщине так думает, с желанием!

— Твоя женщина? Ты же ее отпустил! — словно нарочно решил меня позлить!"

"— Как отпустил, так и верну. Психанул просто.

— Одумался, значит? Или как? — Якуб вцепился в мое плечо, как клешней. — Ты давай по чесноку отвечай! — потребовал.

— Ну что ты хочешь услышать? — рявкнул. На себя был зол.