Привидение в кроссовках

Только на место изгнанных явились та­кие же, с жадными руками…

Итак, я вошла в кабинет.

– Ну, садись, кофе кончился еще утром, будешь чай? – спросил Ремизов.

– Извини, растворимый не пью, но вам принесла в подарок, – сообщила я, выставляя на стол банку кофе «Амбассадор», пачку рафинада, упаковку чая «Ахмад» в пакетиках, две банки паштета, сыр, колбасу и батон хлеба.

– Здорово! – обрадовался Витька и стукнул кулаком в стену.

Че­рез секунду в кабинет вошел молодой, незнакомый мне парень.

– В чем де­ло, – начал он, но потом осекся и заявил: – Ну, скатерть-самобранка.

– Бери, – широким жестом указал на стол Витька.

В кабинет влез еще один мужик.

– Нам че­го, зарплату сегодня дали? – поинтересовался он.

– У Витька день рождения, – ответил первый.

– Хорош вам, – рассердился Ремизов, – налили кофе и дуйте к себе, нам поболтать надо.

Потом он закурил и, стряхивая пепел в пустую тарелочку с надписью «Общепит», начал наконец рассказ:

– Жила-была на свете дама по имени Алла Сергеевна Рюмина.

"Коллеги по книжному магазину, а она всю жизнь проработала только в книготорговле, завидовали ей. За прилавками стояло много разведенных баб, а у Рюминой имелся супруг, Костя. Константин был художником и, как казалось, вполне нормально зарабатывал. У четы была хорошая квартира на Солянке, дачка, «Москвич» и, очевидно, сберкнижка. Если о наличии квартиры и автомобиля было известно всем, то о «золотом запасе», лежащем в сберкассе, коллеги только догадывались, но, видя, что Алла отлично одевается, пользуется только французскими духами и ездит каждый год в Крым, на море, предполагали, что у Рюминой припрятана тугая копеечка.

Константин практически ниче­го не зарабатывал, все благосостояние семьи шло от его матери, Татьяны Борисовны Алтуфьевой.

– Как, – заорала я, подскакивая на стуле, – Алла невестка старухи? Быть это­го не мо­жет!!!

– Почему? – усмехнулся Витька.