Привидение в кроссовках

В ваших словах абсолютная правда, был в моей жизни период, ко­гда я тесно общался с Колпаковыми, работал вместе с Алексеем, но теперь более не встречаемся, слишком разные интересы у нас стали.

– Под работой вы имеете в виду раскапывание чужих могил?

Честно говоря, я ду­мала смутить Юру, но он опять мягко улыбнулся:

– Долгой дорогой шел я в храм, а вы из милиции? С Алексеем случилась беда?

– Отче­го вы так решили? Мо­жет, брат с сестрой хотят пригласить вас на юбилей?

– Как ваше имя? – ласково осведомился священник.

– Дарья, Даша.

– Видите ли, Дашенька, – ответил парень, – отче­го-то в моей голове бродят нехорошие мысли. Алексей умер?

Я посмотрела на отца Иоанна. Странное де­ло, Юра намного моложе меня, а я ощущаю себя рядом с ним девчонкой.

– Да, вы правы, Алексей погиб.

Юра размашисто перекрестился:

– Мы все лишь гости в этом мире, и путь наш от пеленок до савана.

– Вы знаете, почему его убили?

Юра покачал головой:

– Могу только догадываться. Так вы и впрямь из милиции?

Я не стала его переубеждать и быстро ответила:

– Да, майор Дарья Ивановна Васильева.

Но потом прикусила язык, сейчас отец Иоанн с милой улыбочкой потребует: «Ваши документы», – а затем интеллигентно, но вполне определенно выставит «майора» за дверь.

Но Юра не стал вспоминать об удостоверении. Он принялся вертеть в руках толстый красно-синий карандаш. И где только взял подобный? Сейчас их перестали выпускать. Ко­гда-то бабушка подарила мне штук десять таких, и я, второклассница, радовалась безумно.

Священник молчал.

– Вы не мо­жете нарушить тайну исповеди? – Я решила поторопить его.

Юра пожал плечами:

– Алексей не исповедовался, он был человеком неверующим, атеистом. Но не из-за того, что прочитал много теологической литературы, а от невежества, незнания. Я пытался привести его в храм, но Леша только смеялся. Од­нако, ко­гда случилась неприятность, он прибежал сюда за советом.

– А вы?

– Предложил ему сходить в милицию и все рассказать, покаяться… Но он только рассмеялся и сказал, что у меня крыша от поповства съехала. Я потом проанализировал свое поведение и понял, что был не прав. Мирянин, пусть неверующий, заблудший, пришел в церковь с просьбой о помощи, а я, обуреваемый гордыней, считая себя чуть ли не праведником, свысока принялся раздавать советы. Следовало предложить ему убежище, стол и кров.