Перепиши судьбу, или Второй шанс для герцогини

Вы поделились со мной сведениями о готовящемся покушении, поэтому я вовремя приставил слежку к своему дяде и к нескольким подозрительным аристократам. И это сработало. В результате удалось найти не только исполнителей, но и заказчиков. А после дознаватели стали разматывать ниточку дальше, и оказалось, что дядя договорился с Майраном. Пытаясь сохранить свою жизнь, он рассказал много интересного, в том числе и о том, что Осети планировал убить меня, когда я был в Кральне. Как именно мой дядя не знал. Зато прекрасно знал помощник посла из Майрана.

– Видимо, не осознавал масштабов.

– Или предполагал, что может оказаться перед камнем истины. А так он невиновен, ничего не знал. Вряд ли посол продолжит работать на этой должности, но зато останется жив и на свободе.

– Так это помощник посла подкупил прачку и слугу в Кральне?

– Нет, у него был какой-то наемник, который устроился в охрану.

– Получается, этот помощник посла выступил организатором.

– Да. К сожалению, на наемника, который подкупил слуг, выйти не удалось.

М-да, такого я не ожидала. Думала, что это эмир что-то мутит, или тетушка Тутука с ее воспитанницей, или даже фаворитка Мервена Фукуи. Реальность оказалась совсем другой. Хотели отравить Аламира, а пострадала я.

– А вы случайно не знаете, кто пытался меня убить на пути в итирское поместье?

– Нет. Я и про это покушение узнал случайно, и решил сам рассказать вам об этих фактах. Если нужно, могу передать с посыльным протоколы допросов.

– Да. Хотелось бы почитать. И спасибо, ваше величество, – со всей искренностью поблагодарила я. – Ваш рассказ очень много значит для меня.

Аламир устало улыбнулся и, попрощавшись, быстро ушел.

Глава семнадцатая. Сын

На следующий день начался суд. Присяжные два дня слушали о преступлениях, совещались и оценивали доказательства. Меня поразило, что судебный процесс был открытым. Каждый день в местных газетах смаковали подробности слушания и высказывали предположения о том, какое наказание ждет подсудимых.

Для Кральна публичные обсуждения преступлений аристократов – это что-то немыслимое. Суды над высшей знатью всегда были закрытыми.