Парни из старшей школы

Я опускаюсь на свое место на третьем уроке и жду, когда Мэддок войдет и займет свое.

Ни Ройс, ни Кэптен не сказали мне ни слова во время занятий, и я вдруг понимаю, как сильно меня это раздражает.

И из-за этого раздражаюсь еще больше.

Признаюсь честно, мне нравятся их шутки. С ними весело и легко. Естественно.

Что бы это ни значило.

Сложив руки на парте, я неотрывно смотрю на двери.

Проходит добрых пятнадцать минут после последнего звонка, и наконец в класс вваливается Мэддок. На его лице снова маска, волосы растрепаны, ворот растянут.

От этого зрелища в моей голове начинают крутиться разные мысли. Мысли о том, что что-то или кто-то так сильно возбудил его, заставляют меня стиснуть зубы.

Мэддок облизывает губы, а его глаза, сейчас темнее обычного, изучают мое лицо, когда он проходит мимо меня к своему месту за моей спиной.

Я дергаю ногой, борясь с собой, чтобы не обернуться и не рассмотреть его. Мне самой не очень нравится нездоровая потребность все узнать.

Затем в класс входит Бас в разорванной снизу рубашке, с черным, как его волосы, синяком под глазами, губа с колечком распухла.

Он не смотрит в мою сторону, и я напрягаюсь.

Сукин сын.

Я откидываюсь на спинку сиденья, злясь на саму себя из-за чувства облегчения от осознания того, что женские руки к нему не прикасались. Но еще хуже я чувствую себя из-за Баса – ему пришлось подставиться под все это дерьмо, а вернее, под кулак Мэддока.

В следующую секунду до моего уха долетает голос Мэддока, и я заставляю себя успокоиться.

– Помнишь, ты спросила, прикажу ли я тебе держаться от него подальше? Я не стал ничего говорить, подумав, что ответ очевиден. Теперь так будет происходить всякий раз, когда ты ослушаешься. – Волоски на моей шее встают дыбом, под длинными рукавами по коже бегут мурашки. – Ты… моя, Рэйвен.

Поскольку в данный момент у меня уже нет сил контролировать себя, я поворачиваюсь к нему.

Естественно, он не сидит на стуле, как все. Нет, здоровяк прислонился к столу. Как истинный король или доминирующий самец, он возвышается над нами, выпятив мощную грудь.

Выражение его лица не меняется, брови сурово сдвинуты, а подбородок приподнят, чтобы он мог смотреть на меня сверху вниз. Мэддок бросает мне вызов и ждет, чтобы я начала пререкаться – ему, похоже, даже хочется этого, чтобы он снова смог стать пещерным человеком.

Мальчику еще столькому надо научиться.

Я отрываюсь от его взгляда и смотрю на поджатые губы, а потом снова поднимаю глаза.