Отдаленные последствия. Том 2

Строгий темный брючный костюм делал ее похожей на солидную деловую даму, и нитка жемчуга на шее ясно показывала, что Анастасия Каменская не скрывает свой возраст и не пытается выглядеть моложе, чем есть на самом деле. Виктор – в джинсах и затрапезном сером свитере, тоже нормально для парня в его годах. Тетка и племянник. Даже волосы у обоих светлые, только у Насти закрашенная седина, а Виктор потемнее, но не намного.

Вопрос ее удивил. Нет, она ни от кого не скрывала своего нового хобби, о нем знали и Зарубин, и Антон с Ромкой, но странно, что кому-то пришло в голову проинформировать об этом лейтенанта Вишнякова.

– Не совсем правда. Но в целом – да, соответствует действительности. Мне в порядке исключения разрешили провести цикл занятий. Бесплатно. Просто в виде эксперимента. Кто тебе сказал? Зарубин?

– Никто не говорил. В Интернете прочитал.

– Да ну?

– Честно. Там на сайте музыкальной школы целая разборка из-за вас. То есть из-за тебя.

– Витя, повнимательнее, пожалуйста, хорошо?

– Ага, понял.

Про «разборку» Настя, само собой, уже знала, ознакомилась еще пару дней назад.

Они поднялись по широкой лестнице на второй этаж, где находился зал Ученого совета. Неприятно кольнуло воспоминание: именно здесь, в этом зале, проходила защита диссертации соискателя Каменской А. П., и Настя тогда волновалась так сильно, что почти падала в обморок. Она, по сути, и не помнила уже ничего, кроме этого оглушительного страха, от которого внутри все тряслось.

– Анастасия?

Перед ней стоял невысокий толстячок, в котором она не без труда узнала Володю Алякина. Надо же, когда-то он был юным аспирантом кафедры, худеньким, амбициозным и смешным, а теперь солидный такой дядечка, в очках и при окладистой бороде.

– Володя! – радостно воскликнула она, пожимая протянутую руку.

– Какими судьбами к нам занесло?

– Пришла почтить память Светланы Валентиновны, я же хорошо ее помню, тем более она меня на экзамене отстояла. Я ей благодарна.

Алякин радушно улыбнулся и представился:

– Профессор Алякин, Владимир Геннадьевич. – Поприветствовав «племянника», Алякин тут же вернулся к Настиному прошлому: – Да уж, про ваш ответ на экзамене потом долго вспоминали!

Ого, уже целый профессор. Стало быть, и докторскую успел защитить. Быстро он. Впрочем, почему быстро? Пятнадцать лет. Это только ей, Насте Каменской, кажется, что все было вчера.