Отбитая

— Мне пока нужно немножко наружной слежки, ты же можешь помочь? Я всё оплачу.

— Игорь всё оплатит, только вот он же отказался от моих услуг.

— И зря, с тобой бы такого не случилось, но Игорь был непреклонен.

— Мне кажется, он пытается тебя оградить от меня? — прищурился Филин.

— Да, он считает, что ты на меня плохо влияешь.

— А зачем ты всё ему про нас рассказываешь?

— Я ему доверяю.

Филин нагнулся к её уху и прошептал:

— А про то, что в люксе происходит, ты своему боссу тоже рассказываешь?

— Нет, конечно, я же дама-то приличная! — картинно возмутилась она.

— Приличные дамы не смотрят, как их хороший друг шпилит неприличную даму в их присутствии.

— Ты очень эстетично это делаешь, грех не смотреть.

Они оба тяжело вздохнули, глядя друг другу в глаза. Именно этим они и занимались последние три года — номер люкс, купленная на одну ночь проститутка, которой запрещено было говорить, мужчина, который её трахал и женщина, которая на всё это смотрела. Катя видела его голым сотню раз, он её никогда, только в белье, только невинные поцелуи и объятия.

"— У меня будет ещё одна просьба, личная, — сказала она, доставая из рюкзака телефон. — Вот девушка, эскортница, я думаю, она наводчица, но не смогла её найти по своим каналам.

Филин нахмурился, вглядываясь в фотографию, которую Катя показала на своём телефоне, она взяла её со странички эскортницы. Он достал свой телефон и показал ей две фотографии:

— Найди десять отличий, Катюх.

Катерина посмотрела на фотографии девушек, чей род занятий не оставлял пространства для манёвра — все продавали себя. Все похожи между собой, один и тот же типаж женщины — тёмные длинные волосы, большие светлые глаза, пухлые губы, фигура с выдающимися округлостями и тонкой талией, блядский взгляд с поволокой.

— Кто это? — всё-таки уточнила Катя.

— Работницы ротового труда.