Охотник

Президент и сенатор Херман не осознают этого, или, по крайней мере, осознают не полностью, но я-то все понимаю.

К сожалению, в бочке меда не без еврея, если можно так выразиться, и это – главное, что я хочу обсудить с тобой. Жиды просто «землю грызут», чтобы помешать моему назначению главой нового агентства. Сенатор Херман отозвал меня в сторону после сегодняшней встречи и спросил: «Кто были по национальности твои предки, сынок?» – Райан передразнил хриплый, дрожащий голос пожилого законодателя. – Я сказал ему, что ирландцы-католики, и он ответил: «Ну, я так и думал.

Ты знаешь, все евреи в Сенате, а здесь их чертова дюжина, и еще примерно шестнадцать делегаций раввинов и евреев-бизнесменов вереницей прошли через мой кабинет, и все твердили, что ты – не тот человек, который требуется для этой работы. Они, должно быть, думают, что твои предки были немецкими нацистами. Когда я спрашивал их, что они имеют против тебя, никто не мог сказать ничего определенного, но у всех был собственный кандидат». Тут старый чудак наклонился и зашептал мне на ухо: «Я хочу, чтобы ты знал, – сказал он, – что, раз евреи так единодушно выступают против тебя, тогда я – «за», и намерен добиться одобрения твоего назначения. И президент думает точно так же».

Херман сделает так, чтобы его комитет проголосовал этот вопрос завтра и затем немедленно вынесет его на весь Сенат, прежде чем евреи смогут собраться с силами, чтобы блокировать мое утверждение. Теперь, когда у них нет Каплана, человек, которого они хотят протолкнуть, некий Шерман Дэвидсон, помощник генерального прокурора, который возглавляет Управление специальных расследований при Звездной Палате, которое было создано для поддержки на плаву аферы «холокоста», для выслеживания так называемых «военных преступников», оставшихся со второй мировой войны.

Боже мой, это было пятьдесят лет тому назад! И ты можешь верить этим жидам?

– А, так вы подумываете о подготовке сердечного приступа со смертельным исходом для Дэвидсона?

– Нет, не думаю, что это будет необходимо.

Я считаю, что завтра все пройдет хорошо, и нам не придется о нем беспокоиться. Но проблемы с евреями у нас будут постоянно. Я думаю, что, кроме меня, они – единственные в нашем правительстве, кто понимает значение нового агентства и то, какими огромными полномочиями оно будет обладать в будущем."

"Я рассказываю тебе все это, как моему партнеру, Егер, чтобы ты мог представить картину в целом.