Ни пуха ни пера, лорд ректор! Зима в Крылатой академии

Даже если бы он, как Артем, отговаривал, все равно бы плодилась! Для себя! Ибо пропадать такому генофонду — преступление!

— Что «хорошо»? — очень аккуратно, нежно и практически трепетно уточнил муж.

— Все хорошо! — искренне заверила я, а доктор зачем-то потрогал мой лоб.

Неужели, вступить в брачные отношения с красавцем-брюнетом тут может только женщина с белой горячкой? Правда, оставался еще вариант — характер поганый, но это, я вам скажу, для наших женщин вообще не отговорка. А посему, хотелось узнать, в чем подвох?

— Я бы хотел уточнить… — чинно кашлянул старичок.

— Уточняйте, — позволила я, но глаз от брюнета не отвела. Мы с мурашками просто не могли иначе!

— Леди Тасия, что вы помните из своей жизни до падения с башни? — тут же, пока я не передумала, спросил эскулап.

Падения с башни? В моей жизни люк был, но тоже больно, неприятно и убийственно холодно. А тут, значит, башня. Не повезло девчонке. Судя по нежным ручкам, юная совсем. Тонкие пальчики, нежная кожа — это не мои огрубевшие от хлорки и домашних дел, со вздувшимися венами.

Впрочем, спрашивают же о жизни принцессы, поэтому я нисколько не совру, если отвечу:

— Ничего. Абсолютно.

— Так я и знал, — сник эскулап. Он так переживал за меня, что я невольно прониклась сочувствием к нему. Тем более, старичок мне, в некотором роде, коллега.

— Не расстраивайтесь так, — улыбнулась я ему. — Говорят, если больной не умер, его еще можно лечить до самой смерти.

Доктор поднял на меня взгляд, странный, расфокусированный, словно не понимал, о чем речь.

— Надо запомнить! — утирая слезы, произнес он и вмиг стал серьезным. — Я вас правильно понял, леди, вы не испытываете страха перед Его Светлостью?

— Нет, наверное, — честно ответила я. — А надо?

Мужчины кашлянули оба. Надо им тут окна закрывать, что ли. Свежий воздух, конечно, полезен, но сквозняки еще никого до добра не доводили.

— Не надо, — поспешил сообщить доктор. — Тогда скажите мне вот что: вы жить хотите?

На что он снова намекает? Я ведь волнуюсь все-таки! И уточнять как-то неудобно при живом-то муже.

— С кем-то конкретно или вообще жить? — все же спросила я."

"— Прошу меня простить, леди! — старичок вновь полез в жилетку за платком и протер изрядно вспотевшую лысину. — Впервые за мою практику не могу толком объяснить причину болезни и методы ее лечения. Давайте, вы меня просто выслушаете, а потом спросите о том, что вам непонятно.