Ни пуха ни пера, лорд ректор! Зима в Крылатой академии

Конечно, свои коррективы могла внести более сильная магия, но его мрак учуял бы и ее. Нет, кормилица не лгала. Она сама была напугана и искренне переживала за леди Тасию так, словно пострадало ее собственное дитя.

Больше свидетелей герцог не смог отыскать. Хотя, слова о ветре, якобы разговаривающем с его женой, насторожили и взволновали. Магия определенно была… Только почему же он не чувствовал ее отголосков? Странно. В этом стоило разобраться, но помочь могла лишь супруга. Значит, придется ждать. Тем более, после допроса, обиженная недоверием кормилица выставила Орфеса из опочивальни жены.

Вопиющая наглость! Настолько неприкрытое нарушение всех норм поведения, что герцог растерялся и вынужденно отступил.

Однако, время шло, но ничего не происходило.

Спустя сутки, поутру в замке вновь появился магистр Арбери. И хотя бы он нашел управу на тощую старушку, которая оберегала покой принцессы лучше, чем сказочный дракон свое сокровище.

— Идите, дорогуша! — безапелляционно заявил целитель. — Сейчас вы ей ничем не поможете, а нам только помешаете.

— Но… — кормилица пыталась сопротивляться.

— Идите!

Против такой категоричности аргументов у нее не нашлось, и «дракон в юбке» ретировался, покинув спальню. Герцог незаметно с облегчением выдохнул. Однако, почти сразу вновь напрягся, заметив сосредоточенность Тева.

Леди Тасия и правда выглядела бледнее, чем обычно. Ее фарфоровая кожа стала почти прозрачной. И сквозь нее просвечивали тонкие синие жилки, которые были особенно отчетливо заметны на фоне молочной белизны.

Лекарь отстранился. Достал из кармана жилета носовой платок и неспешно промокнул вспотевшую лысину. Герцог не сводил с него глаз.

— Ситуация… критическая… — неловко откашлялся целитель.

Жар прилил к щекам, и Орфес пошатнулся.

— Не предлагаете же вы мне ее… — О, нет! Он не мог подобрать нормальных слов тому действу, на которое его подталкивали обстоятельства.

— Я лишь констатировал факт. Магия бурлит внутри этого хрупкого создания и не находит энергетического выхода. Счет идет на часы, — тихо, но очень серьезно ответил магистр Арбери и добавил: — Мне жаль.

Он словно хоронил Тасию. Впрочем, так оно и было. Если герцог не последует совету Тева, девчонка умрет. Если Орфес поступит так, как диктуют ему обстоятельства, то фактически изнасилует бессознательное существо.