Ни пуха ни пера, лорд ректор! Зима в Крылатой академии

— Дальше? — усмехнулся Светлость. — А дальше, моя Тэсси, в возрасте восьми лет я обрел магию — магию мрака, проклятую магию Леандора.

— Почему проклятую? — в книгах о черном сегменте писали мало. Только то, что магия на Леандоре появилась недавно, и ее считали чуждой этому миру."

"Теперь, зная кое-что из дневника Фрея, я тоже была уверена в том, что черная магия — чужая для Леандора. Но не вся. Далеко не вся! Уж я то знала, что даже тьма может быть ласковой, нежной и родной, а не только чужой и холодной.

— Да ты ничего не знаешь, моя птичка, — меня крепко обняли. — В человеческих королевствах предпочитают не замечать происходящего. Впрочем, стоит ли осуждать людей за то, чего не замечают сами арсы?

— И чего они не замечают? — осторожно спросила я.

— Проблемы. Магию мрака или, как ее еще называют, магию тьмы и хаоса предпочитают считать не отдельным видом, а магической мутацией. Своеобразным проклятьем…

— Но почему? Например, ты — сильный маг, видный политический деятель, ректор самой лучшей академии магии, в конце концов! — возмутилась я.

— Все так, но никто не знает, сколько работы за этим стоит, сколько сил потрачено, чтобы усмирить в себе тьму, укротить ее, не дать овладеть собой. И… — супруг замялся и тяжело вздохнул. Ох, совсем непросто сейчас давались ему слова. Он впервые перед кем-то обнажал свои слабые места, и этим кем-то была я! Я была тем важным и дорогим, которому герцог доверился, полностью и безоглядно. И знаете, это стоило намного дороже даже самых красивых слов любви, потому что это был тот поступок, после которого в своем партнере уже не сомневаешься.

Что я могла на это ответить? Что теперь уж точно никогда не предам и не уйду? Это и без слов понятно.

— Иногда слабое место может оказаться местом силы, надежным тылом и просто уголком, где можно согреться усталому путнику, Ори, — тихо сказала я. — Мы отвлеклись. Нужно знать факты, чтобы потом их сопоставить и ответить на твои вопросы.

— Ты так считаешь? — удивился герцог. — Да и нет особых фактов. Кто ж в здравом уме станет изучать проклятых первородными?

— Я.